Как при глубоких толчках она вскрикивает, упираясь пятками в простыню, и приподнимает бедра, чтобы принять его еще глубже.

В какой-то момент его душа отделилась от тела, и он уже сверху наблюдал за жарким сплетением тел на смятых простынях. Как любимая выгибается и протяжно стонет, запрокидывая голову, а ее тонкие руки лихорадочно скользят по мужской спине, и коготки оставляют свои росчерки, требуя большего.

– Лоргус! – мольба из уст любимой, и его сносит в сторону. Чужое имя обжигает душу сильнее раскаленного железа. Он рвется обратно в тело, но что-то не пускает его. Мужчина поднимает голову, и видны не светлые, а пепельные волосы.

Нет! Он бьется о невидимую преграду, в кровь сбивая руки, но вынужден бессильно наблюдать, как другой овладевает его женщиной. Кричит, срывая голос, но любовники на постели не слышат, поглощенные друг другом.

– Анни! – хрипит Харн и просыпается.

Горло саднит, как будто долго кричал, а сердце отбивает бешеный ритм. Еще ночь. От понимания, что и в реальности сейчас Лоран где-то с другим, хочется все крушить. Никогда настолько не чувствовал собственное бессилие! Отец отказался расторгнуть брак сирены, как будто совсем недавно не давал добро на его помолвку с ней.

Всеми фибрами души он ненавидел Тень, который лишил его любимой.

Подло, молниеносно.

Отец точно не знал о его намерениях, но поддержал своего любимца, а не сына, запретив вызывать на дуэль Лоргуса и хоть как-то вмешиваться. Этого он ему, сколько будет жить, никогда не простит! Этим король единым махом порвал все родственные узы, что связывали их, и потерял сына.

Прав был Нэйтан, советуя бежать из дворца. Мать своим вмешательством чуть не расстроила брак старшего сына, до последнего не одобряла его подопечную.

Лоран это чувствовала и не хотела становиться частью такой семьи. Кто знает, может, ассания лишь повод избежать помолвки?

Ведь не было у нее ничего с Тенью, он точно знает и чувствует! Раньше боялась, а потом их занятия по ментальным щитам изменили ее отношение. Появилась благодарность, но и только! Она не доверяла ему, не хотела пускать к себе в голову, искала защиту от него. Харн еще помнит, как она прибежала к нему ночью с просьбой защитить от договорного брака и не отдавать никому. Как доверчиво заснула рядом с ним.

Уже тогда он желал назвать ее своей и с радостью дал слово."

"А Тень? Вот с ним сложнее. В общении демонстрировал холодность, иронию, но Харн же всегда чувствовал, что к Лоран у Главы Тайной канцелярии особое отношение. И не зря что-то внутри требовало ограничивать их общение.

Почему же она согласилась на брак с ним? Принц в сотый раз задавал себе этот вопрос и не находил ответа.

Сегодня днем лишь на миг отвлекся на мать, когда Нэйтан требовал от нее разъяснить происходящее, и упустил из виду Лоран.