— Отлично… Я тебя бросила, прости… — неожиданно огорошивает Лэй, и я тут же торопливо отвечаю:

— Нет, все нормально, Лэй… —  делаю паузу и, выдохнув, все же решаю продолжить, — я видела… Вас… с Адилем… В туалете… Прости…

Лаура молчит, и это очень тяжелый момент для меня, я уже открываю рот, чтоб продолжить, но она неожиданно отвечает:

— Да… Так глупо все…

— Лэй… — я пытаюсь быть деликатной, понимая, что у нее что-то серьезное происходит, — приезжай…

В голове проносится, что Азат обещал приехать, но ничего, как-нибудь решу этот вопрос.

— Нет, ну что ты… Встретимся завтра, на работе, хорошо?

Тут на заднем фоне слышится хорошо знакомый голос с грубоватыми рычащими нотами и бархатными перекатами звуков, и Лаура торопливо прощается, отключаясь.

Я с некоторой оторопью сижу пару минут, пытаясь осмыслить происходящее, но оно упорно не осмысливается.

Конечно, я могу легко поверить, что моя ветреная и веселая подруга встречается с Адилем. Он красивый, брутальный, похож на своего брата, то есть, ходячая гора мышц и властности. И плюс ко всему, еще и, похоже, умелец  в плане женщин… Слишком давно живет в Европе, слишком привык себе ни в чем не отказывать. Но Лаура никогда до этого, на моей памяти, не встречалась с женатым мужчиной… А Адиль женат. И дети у него есть. И я даже знакома с его женой, молчаливой и строгой Залией…"

"Она не поехала за мужем в Европу, да он, кстати, и не особенно звал, насколько я понимаю. По рассказам Азата, Адиль приезжает на родину несколько  раз в год, на пару дней, а затем опять уезжает. Жена его, правильно и традиционно воспитанная женщина, всю жизнь прожившая в имении родителей в горах, после замужества просто сменила одно имение на другое, и продолжала жить тем укладом, который ей привычен.

А Адиль, как я понимаю, ни в чем себя не ограничивал…

Я не помню, говорила ли подруге о том, что он женат… Если нет, то надо ли говорить? Влезать?

Ох, вот тоже проблема…

И голос Лауры по телефону такой необычный был, странный…

Из манежика раздается кряхтение Адама, а это значит, что скоро пора менять ему памперс.

Остаток дня я провожу в заботах, играя с сыном, готовя нехитрую еду, между делом отвечаю на звонок Ани, заверяю, что все в порядке и помощи не надо. Всевышний, сколько добрых , участливых людей вокруг меня!

Азат не звонит, наверно, очень сильно занят.

И я не хочу думать о том, что жду его звонка. Очень жду. И не хочу думать, что буду делать, если он вдруг… Не позвонит. Такое же может быть?

Может.

Я для него замужем. А если решит не связываться со мной, просто участвовать в жизни сына и все? Мне будет легче? Тяжелее? Не могу понять, не могу толком осмыслить всю ту бурю, что бушует внутри, заставляя периодически застывать на месте и смотреть в одну точку.