"Любовь Попова

Запомни, ты моя

Глава 1. Алена

— Ну, что там? — со страхом смотрю на врача, после того, как слезла с гинекологического кресла. И ее ответа жду, почти как ребенок ждет подарка в новый год. Когда я поняла, что мой жор и отсутствие месячных не от переживаний насчет свадьбы любимого, а потому что я, возможно, беременна, меня счастьем окатило.

— Каналы чистые, инфекций на первый взгляд я не вижу, но анализы скажут точнее. И…

— И… — внимательно смотрю на женщину со стрижкой «под горшок» и густыми бровями. Такими же темными как волосы. Но больше меня волнует не внешность, а то, что она скажет. То, на что я так надеюсь.

— И вы беременны. Срок, примерно, двенадцать недель.

— Сколько? — это ж, получается, в ту самую первую ночь… Ту ночь, когда случайная встреча изменила всю мою жизнь. Никита вытащил меня из жизни, полной опасности и стыда, но тут же с помощью шантажа сделал своей любовницей. Но мне повезло, и теперь я свободна. Вот только эти месяцы после его свадьбы выть волком хочется.

Но теперь я никогда не буду одна. Теперь у меня будет маленький.

— Двенадцать недель. Точно можно будет сказать после УЗИ. Если планируете аборт… — поднимает она тяжелый взгляд, и я смотрю на нее в недоумении. Но потом… Становится неловко, стыдно…

Еще три месяца назад я бы так и поступила. Я бы пошла и сделала аборт, чтобы мой ребенок никогда не прошел через тот ужас, который пережила я за пятнадцать лет скитаний за пределами России, выживания и борьбы за честь.

Меня выкрали из детского дома и перевезли в Европу, где мне пришлось в буквальном смысле выживать. И если бы Никита не забрал меня в Россию, я бы так и продолжала «жить». Я бы сознательно избавилась от маленького комочка внутри себя, чтобы малыш не голодал. Чтобы не знал жестокости мира.

Но теперь я в безопасности.

У меня есть друзья. Есть Вася, что стала почти приемной матерью.

У меня есть уютная квартира, выданная государством как сироте.

У меня даже есть приличная работа…

Так что теперь я знаю, что, несмотря ни на что, мой малыш будет любим.

— Никаких абортов, — заправляю светлые волосы за уши. Руки дрожат. Внутри все горит. Черт… Это ж, получается, у меня маленький человечек будет. Получается, кто-то будет меня по-настоящему любить. Несмотря ни на что. Просто любить, такой, какая есть.

И получается, я смогу любить его открыто, со всей силой, что есть в моем сердце. Не тайно, как его отца, а открыто выражая свои чувства и эмоции.

Буду значит… Мамой.

— Хорошо, — продолжает говорить гинеколог. Уже и имя из головы вылетело, потому что мысли крутятся вокруг того, что бы сказал Никита, узнай, что станет папой. — Тогда вот набор анализов для вас. Вот для отца…

— Отца нет, — Никита не узнает. Не нужно ему это. У него политика, карьера, жена.