Лео понимал: этому следует положить конец, пока он не совершил что-нибудь такое, о чем оба они будут жалеть.

— Я помогу вам подняться, — отрывисто бросил он, делая попытку встать. — Пойдемте в дом. Но предупреждаю: я еще не все выяснил и не отпущу вас, пока не…

Он растерянно замолчал, потому что в это мгновение мисс Маркс попыталась подняться и коснулась грудью его груди. Оба тотчас замерли, глядя друг другу в глаза. Они оказались лицом к лицу, так близко, что их прерывистое, тяжелое дыхание смешалось."

"Лео вновь охватило ощущение нереальности происходящего. Он стоял на коленях в летнем саду, в россыпи алых маков, вдыхая аромат нагретой солнцем смятой травы и… сжимая в объятиях Кэтрин Маркс. Ее белокурые волосы сияли в лучах солнца, а кожа казалась нежной, будто лепестки цветка. Верхняя губа ее была почти такой же полной, как нижняя. Эти восхитительные пухлые губы манили сладостью, словно спелая гладкая хурма. Неотрывно глядя на рот Кэтрин, Лео почувствовал, как волоски у него на затылке встали дыбом.

«Некоторым искушениям лучше не сопротивляться, — смутно подумалось ему. — Потому что иначе они будут преследовать тебя вечно, вновь и вновь. Подобным соблазнам следует уступать, это единственный способ от них отделаться».

— Проклятие, — прохрипел он. — Я это сделаю. Даже зная, что после меня разорвут в клочья.

— Что сделаете? — изумленно округлив глаза, спросила мисс Маркс.

— Вот что.

И он приник губами к ее губам.

«Наконец-то, — казалось, вздохнул каждый его мускул. — Наконец-то». Ощущение было таким приятным, что на мгновение Лео замер, не в силах пошевелиться. Захваченный этим незнакомым, ошеломляющим чувством, он полностью растворился в нем. Он уже не думал ни о чем, уступая лишь своим желаниям… жадно впиваясь в нежные губы Кэтрин, пробуя их на вкус, покусывая, играя, жаля дрожащим языком. За одним поцелуем следовал другой, нетерпеливый, страстный, ненасытный. По телу Лео разливалось блаженство, трепетал каждый его нерв, каждая жилка.

Боже милостивый, его переполняло желание, безумная жажда запустить руки под одежду Кэтрин и ощутить ладонями тепло ее тела, гладкость кожи. Прижаться губами к самым потаенным местечкам, изведать на вкус ее плоть. Мисс Маркс беспомощно отвечала на поцелуи Лео, обвив рукой его шею. Она прильнула к нему всем телом, словно бурлившая в ней страсть лишила ее воли. Наверное, так и было. Они яростно сжимали друг друга в объятиях, их сплетенные тела двигались в исступленном дикарском ритме. Если бы не бесчисленные слои одежды, они слились бы воедино.

Лео давно следовало остановиться, но он все продолжал целовать Кэтрин, и не только ради удовольствия, но и потому, что пытался всеми силами оттянуть то, что неизбежно должно было случиться потом.