— Включить меня в круг лиц, осведомленных о вашем расследовании. Время от времени упоминать о моей помощи в отчетах императору. Возможно, консультироваться со мной по научным аспектам дела.

— И все? — я поднял бровь, не веря, что амбициозный принц ограничится столь малым.

— Для начала — да, — он хитро улыбнулся. — Конечно, со временем наше сотрудничество может расшириться. Но это будет зависеть от обстоятельств.

Я взвешивал варианты. Отказаться — значит, лишиться потенциально ценного источника информации. Согласиться — значит, связать себя с одним из принцев, что неизбежно вызовет ревность и подозрения двух других.

Но в конечном счете, моя задача как Законника — служить империи, а не придворным фракциям.

— Хорошо, Ваше Высочество, — наконец сказал я. — Я готов к сотрудничеству. Но с одним условием: никакой лжи. Я не буду лгать императору или фабриковать доказательства в вашу пользу."

"— И не нужно, — принц энергично кивнул. — Правда — наше главное оружие. Правда об «Обществе Вечного Огня», правда о том, что происходит в империи, правда о том, кто действительно достоин занять трон после моего отца.

Он протянул мне руку, и я пожал ее, скрепляя наш новый союз.

— Итак, — сказал я, отпуская его руку, — что еще вы можете рассказать об «Обществе»?

Принц откашлялся и заговорил с неожиданной серьезностью:

— «Общество Вечного Огня» существует уже более пятисот лет. Изначально это был круг ученых, алхимиков и философов, искавших способы продления жизни и улучшения человеческой природы. Со временем они приобрели влияние при европейских дворах, особенно в Англии и Пруссии. Их отличала общая философия: мир должен управляться лучшими — самыми умными, самыми сильными, самыми совершенными.

Правда, критерии этих «самых» они дают сами.

Принц сделал паузу, собираясь с мыслями.

— В какой-то момент «Общество» пережило трансформацию. Они перешли от теорий к практике. Начались первые эксперименты по улучшению человеческой природы — сначала через селекцию, потом через воздействие на живые организмы. Успехи были скромными, но достаточными, чтобы привлечь внимание многих влиятельных родов. Особенно тех, где были наследственные заболевания.

— Как у Корнилова, — вставил я.

— Или как у большинства родов в Англии. Они, знаете ли, не брезгуют родственниками из-за своей изоляционной политики и попытки поддерживать чистоту крови, — кивнул принц. — Но дело не только в лечении болезней. «Общество» предлагало гораздо больше — возможность превзойти обычных людей, стать сверхлюдьми и перейти на новую ступень эволюции уже сейчас. Представьте, какой соблазн для аристократов, уже считающих себя особой породой!

Я кивнул, начиная понимать масштаб проблемы.