Так же и Хаджар – видел, но не мог познать пределы силы Фреи.

Как, в общем-то, и любого Бессмертного, коих он встречал уже в количестве трех штук.

– Мой долг тебе выплачен – я присматриваю за этим вонючим двуногим, –Хаджар и не думал оскорбляться. Только хотел заметить, что и у Фреи две ноги, но вовремя поймал себя за язык. – Убирайся обратно в свою тьму, демон!

– Для тебя, Фрея – мудрейший эмиссар Князя Демонов, – то, каким тоном проговорил это Хельмер не оставляло сомнений в том, что он произнес полный титул.

– Для меня ты не более чем, – внезапно, чего никак не ожидал Хаджар, Фрея перевела на него свой взгляд и осеклась.

Что-то, куда было куда более могущественным, нежели сама золотая фея.

Демон за спиной Хаджара засмеялся. И если кто-то будет винить Дархана за хоровод мурашек, пробежавшихся по его спине, то этот человек явно никогда не слышал смеха демона, звучавшего за собственным плечом.

– Оставляю вас ворковать, мои голубки, – голос Хельмера начал постепенно исчезать. – Не торопись звать меня Хаджи, в следующий раз я могу расценить это как услугу.

Хаджар поежился. Он уже не первый раз действительно сам звал Повелителя Ночных Кошмаров. Пока что ему везло и демон не выставлял ценника за свои появления. Но кто знает, с каким настроением эмиссар Князя Демонов может заявиться в следующий раз.

Вскоре ощущение, что за спиной находится жуткий монстр, исчезло.

Фрея и Хаджар остались один на один. Правда от этого легче не становилось. В какой-то мере Хаджар и вовсе ощущал куда больше угрозы от одной из Фейри, чем от Хельмера.

Пока Хаджар был нужен демону, тот вряд ли что-то предпримет против своей “инвестиции”, что и позволяло Хаджару до определенных границ чувствовать себя свободно в отношении Повелителя Ночных Кошмаров.

– Как она умерла? – спросила внезапно Фрея. – Как умерла Ана’Бри?"

"Хаджар не сразу понял, о чем его спрашивают, а затем потратил секунду на то, чтобы подумать, как лучше всего ответить.

В итоге он решил сказать правду.

– Хельмер отдал мне щепку из посоха Пепла.

Видимо это ночь была какой-то особенной, потому что, внезапно, Хаджар увидел весьма неожиданную эмоцию на лице Фреи.

Без всяких сомнений, кем бы ни был этот волшебник со странным прозвищем “Пепел”, он внушал страх даже такой сущности, как золотая фея.

– Мерзкий полукровка, – прошипела фея. – Старой Гвел стоило перерезать вместо пуповину горло этому мальчишке. Или же его отцу – лучше запихнуть свой отросток в козу, чем в смертную женщину.

Хаджар понятия не имел, как эта информация может ему помочь, но на всякий случай зафиксировал тот факт, что Пепел являлся полукровкой.