Туда, где старик, играющий на лютне, держал при себе вторую половину души Хаджара.

Он не знал, как эти двое встретят его – с миром или войной. Захотят ли слушать после всего того, что между ними тремя произошло. Захотят ли помочь…

Но Хаджар знал одно – он должен был попытаться. И не только для того, чтобы спасти свою жизнь, но и чтобы спасти страну… родину… Элейн и её маленького, еще нерожденного сына, наследника его семьи.

Хаджар остановился около двух сухих, мертвых деревьев. Они нависли справа и слева над дорогой, формируя некое подобие арки. А следом за ней начиналось пространство, похожее на мертвую степь.

Абсолютно мертвая, безжизненная равнина, которую обдували ветра четырех сторон света.

С этой арки начинался путь, который обозначила бабушка.

– Ты встретил королеву, Большой! – засмеялся уже знакомый Хаджару голос. –Встретил королеву и выжил! Значит – ты особенный, Большой. Ты убил Ана’Бри, которой, за предательство Зимнего Двора, было суждено умереть дважды, но Королева простила тебя! А Королева Мэб никогда и никого не прощает! Ты обречен смертный! Ты никогда не сможешь выплатить ей свой долг! И будешь вечно мучаться! Глупый Большой! Глупый Большой!

Хаджар посмотрел себе под ноги.

Вместо ровной тропы, он стоял на поверхности замершего озера. Вместо высокой, острой травы, которая резала ему лицо, вокруг из снега возвышались покрытые ледяной коркой копья. То, что некогда было цветами, оказалось клинками, обломками стрел, чьими-то костями.

На них сидели маленькие гарпии с большими, маслянистыми глазами и огромными, клыкастыми пастями.

Хаджар резко повернулся.

Вместо поля ржи он увидел бесконечные снежные просторы. Вместо зеленого леса – горы и реки и белоснежные столпы, в которые зима обернула спящие деревья.

А вместо избушки стоял прекрасный, но пугающий ледяной дворец. Вокруг него, на полях, лежали сотни и тысячи мертвых. Именно их копья резали Хаджара и гарпии, разбивавшие лед и уносящие во дворец куски плоти, представали в образе прекрасных цветков.

Хаджар присмотрелся.

Около входа в замок несли дозор два рыцаря. Трехметровые гиганты. Один в серых доспехах, чем-то напоминающих пса, а второй в черных – похожих на кота.

– Рыцари Зимнего Двора однажды придут за тобой, – смеялась, гоготала смехом умирающей гиены, гарпия. – и они спросят цену, которую назвала Королева Мэб. Она никогда и никого не прощает!

Хаджар посмотрел на руку. Ту самую, которой он ел пряники, сделанные из местной муки.

Они была покрыта застывшей кровью…

Сдержав рвотный позыв, Хаджар развернулся и молча направился в сторону арки из мертвых деревьев.

В спину ему доносился смех гарпии.