Но Лена каким-то чудом умудрялась сохранять внешнее спокойствие, пока Виктор Эдуардович внимательно изучал ее «шедеврашечку». В какой-то момент мужчина очень странно фыркнул. Потом еще раз. И еще. Создавалось впечатление, будто он едва от смеха сдерживается.

– Острое воспаление…почек, значит? – перед всем классом озвучил ее мнимый диагноз. Скептически вздернул бровь и уставился на девушку в упор. – Серьезно?

«Ой, какие же у него глаза красивые! И ресницы длинные! Мамочки-и-и-и…»

Ошалев от своего внезапного открытия, она смущенно потупила взор.

– Да! – отозвалась тихо, чувствуя, что Макаров продолжает буравить ее взглядом в ожидании ответа. Повисла пауза. Долгая, напряженная.

После чего учитель озвучил свой вердикт. Громко и четко.

– За сообразительность – пять! – заявил он холодно. – За откровенную халтуру – два!

– В каком смысле? – мгновенно забыв о своей недавней робости, ощетинилась Белова.

– Если уж берешься сама себе диагнозы…

– Ничего я…

Виктор Эдуардович жестом призвал Лену к молчанию.

– Во-первых, ни один врач не поставит диагноз – воспаление почек! – от его сурового тона озноб прошелся вдоль позвоночника. – Потому что данное заболевание звучит как острый, либо хронический пиелонефрит!

– Но…

– Во-вторых! – повысил голос, не дав вставить слово. – Важный симптом этой болячки – температура под сорок! Сама понимаешь, в таком состоянии порою трудно с постели встать! Не говоря уже о твоих… танцевальных рекордах. Далее! – продолжил гораздо спокойнее. – Справка по форме «095» выдается максимум на четырнадцать дней, но с возможностью последующего продления, в зависимости от самочувствия пациента. Сразу на месяц от занятий не освобождают даже с переломом ноги! Понимаешь?

– Да, – прошептала еле слышно. Губы задрожали. Плечи поникли.

– И наконец, – сдержанно улыбнулся, – у врачей крайне редко встречаются такие аккуратные разборчивые почерки! Какой напрашивается вывод?

Из банального упрямства, Белова раздраженно вскинула подбородок.

– Не знаю! – огрызнулась, чувствуя на языке горечь разочарования.

Шумно выдохнув, Макаров всучил ей справку и коротко распорядился:

– Иди, переодевайся!

– Я не…

– Не вынуждай меня звонить в поликлинику, и уточнять, работает ли у них доктор, чья фамилия указана на бланке! – прозвучало, точно приговор. – Ведь если я сделаю это, проблем избежать уже не получится! Ступай в раздевалку! У тебя на все три минуты!

Деваться было некуда. Задыхаясь от обиды, она скомкала липовую справку в руке.

А после, под громкий свист и оклики одноклассников, быстро побежала к выходу.

– О-о-о! – хохотнул Славик. – А Белова-то у нас, по ходу, все… Выздоровела!

– Поздравляем, Ленка! – поддержал его Чернев, заржав, как породистый жеребец.