Пара-другая якорей с цепями, видимо, оброненных на дно морское нерадивыми хозяевами судов. Были художником изображены и сами суда. Плачевный их вид красноречиво свидетельствовал, что они уже очень давно потерпели крушение. Над всем этим пучинным великолепием под самым потолком, явно олицетворявшим поверхность океана, гордо реял электронный муляж огромной золотой рыбины. Время от времени поводя хищным глазом, рыбина конвульсивно дергала хвостом и выплевывала из огромной пасти разноцветные воздушные шарики. Их уже скопилось изрядное количество под волнисто-голубым потолком.

— Я бы скорее назвал эту тварь золотой акулой! — захохотал Женька. — Больно уж выражение лица злобное!

— Не нравится наша символика, убирайся, — немедленно отреагировал какой-то фанат дискотеки с золотым гребнем на голове.

— Нет, нет, нам как раз очень нравится! — поспешила его разуверить Таня. — Он просто шутит.

— Тогда пусть лучше не шутит, — напутствовал Женьку фанат.

— Спятил, что ли? — прошипел Темыч. — В таких местах обычно не церемонятся.

— Да ладно вам, — отмахнулся Женька, но продолжать обсуждение золотой рыбки все же не стал.

Бар был оформлен в виде грота. Проникнув туда, четверо друзей оказались словно бы в филиале все того же подводного царства. Тут можно было детально разглядеть антураж. Работая над оформлением бара, художник явно стремился к трагическому воплощению темы. Количество потонувших кораблей увеличилось. На самом дне валялись в непринужденных позах обглоданные до белизны рыбами человеческие скелеты. Словно перед приемом прохладительных и спиртных напитков посетителей «Золотой рыбки» призывали не забывать о смерти. Олег, Таня, Темыч и Женька переглянулись.

— Полагаю, любители подводного плавания должны себя чувствовать тут как дома, — стараясь не привлекать ничьего внимания, тихо проговорил Олег.

Остальные с ним были согласны.

— Так, Темыч, ты оставайся здесь, — начал Олег отдавать распоряжения. — Гляди в оба. А мы время от времени будем к тебе заходить.

Темыч кивнул и небрежной походкой направился к бару. Трое его друзей вернулись на танцпол. Олег и Таня стали танцевать, внимательно приглядываясь к окружающим. Публика заметно прибывала. Возраст ее колебался от тринадцати до двадцати.

По диванчикам, расставленным вдоль стен, сидели какие-то парочки. Некоторые из них, похоже, были под легким кайфом, однако никто из них даже отдаленно не напоминал парней с фотороботов майора Василенко.

Женька мотался в другой стороне зала. Сперва один. Затем в обществе очень худой и высокой рыжей девицы. Она оказалась баскетболисткой из какой-то юношеской команды. Женька спорт всегда уважал. К тому же Лерка хорошо танцевала. И собой, по мнению Женьки, была вполне ничего.