Да разве я стала бы это делать, даже если бы узнала?

Но как ни старался Дамир, Доган его вычислил."

"Ибрагим сказал, что он отвез Дамира в отель. Но в ушах как наяву слышится голос старого Ибрагима:

«Если кому скажешь, пострадаем и я, и Дамир-бей».

Становится холодно без всякого душа. Это как же? Доган угрожал Дамиру? Почему тогда они с Ибрагимом пострадают только если я начну болтать? Что мешает Догану сейчас расправиться с Батмановым?

Ничего. Ровным счетом ничего.

И я иду к Догану.

— Ясемин? — Доган явно не ожидал увидеть меня под дверьми своей спальни. — Что-то случилось?

— Да, — вталкиваю мужчину в комнату, намереваясь войти, — надо поговорить.

— Что ты делаешь, Ясемин? — он выглядит совершенно растерянным. — Постой, я не одетый.

— Ну не голый же, в пижаме.

— Ты незамужняя девушка, и ты не должна входить в комнату к неженатому мужчине.

— Неужели? — упираюсь Догану в грудь, намереваясь сдвинуть его с места. — Какая же я тебе незамужняя? Я разведенка. Бошанмыш*. Забыл? Мне можно все!

Внезапно Доган хватает меня за плечи, втягивает в комнату.

— Сумасшедшая! Ты сумасшедшая, Ясемин! — захлопывает дверь и прислоняется к стенке.

Я прислоняюсь по другую сторону от двери и тоже шумно дышу.

— Говори, — выдаем одновременно и переглядываемся. Был бы это Атеш, уже бы оба расхохотались, но с Доганом мне такое и в голову не приходит.

— О чем ты хотела поговорить? — первым заговаривает Доган.

— Не о чем, а о ком, — поправляю, восстанавливая дыхание. — Я его узнала.

— Кого? — теперь уже он играет, но довольно неумело.

— Хватит, Доган, — говорю сердито, — ты прекрасно понимаешь, о чем речь. Я узнала Батманова в помощнике Ибрагима. Должна сказать, он хорошо замаскировался, я узнала его только по татуировке. Вчера, когда Лале уснула, я проследила за вами.

— За нами с Атешем? — ворчливо переспрашивает Доган.

«При чем здесь Атеш?» — едва не вырывается у меня, но я вовремя прикусываю язык.

Ах вот оно что! Вмиг простреливает догадка. Доган проговорился, они действуют сообща с Атешем. И моя вчерашняя ночевка в комнате дочери оказалась чистой волы манипуляцией. Которая, кстати, сработала на все сто.

Не был бы тут замешан Атеш, я бы и падение Лале с качели заподозрила, но парень на такое никогда бы не согласился. Но то, как меня обвели вокруг пальца, ввергает в отчаяние.

Что я могу сделать, если против меня даже Атеш?

— Да, за вами обоими, — отвечаю холодно. — Или вы думали, я куплюсь на ваши дешевые манипуляции?

— Атеш говорил, что ты нас раскусишь, — недовольно кивает Доган, — но что было делать? Дамир-бей серьезно подставился, Ясемин, если бы его узнал отец, его бы посадили в тюрьму за незаконное нарушение права частной собственности. А то и за что-то посерьезнее.