И знаешь, что? Он утверждает, что ты не давала нам видеться. Это правда?

В глазах Омера мелькает яркая вспышка, но тут же гаснет. Он не меняет позы, так и сидит, сцепив в замок руки, только спину держит ровнее.

— Здравствуй, Мариам, — сдержанно кивает. Да, он так ее называл.

— Омер? — растерянно спрашивает мама. — Откуда ты взялся?

Возвращаю телефон обратно, но камера на том конце уже отключена. Прикладываю телефон к уху.

— Это правда, мама? — в динамике слышны горькие всхлипы. Чуть повышаю тон. — Мама, просто скажи правду. Ты говорила, что он бросил меня, забыл обо мне, не помогает.

А господин Озден говорит, что ты препятствовала нашим встречам.

— Как же так, Мариам? — Омер прекрасно владеет собой, только руки чуть заметно подрагивают. — Я переводил каждый месяц деньги для Ясемин. Я просил тебя дать нам поговорить по видеосвязи. Я не отказывался от своей дочери даже если отказался от тебя.

— Вот поэтому, — голос матери звучит глухо, — потому что от меня отказался. Я не хотела, чтобы ты видел Ясю. Я надеялась, что ты вернешься. Бросишь свою Афру и вернешься к нам.

— Ты даже знаешь, как зовут его жену? — спрашиваю изумленно.

— Да, мы общались с твоей мамой, Ясемин, — отвечает вместо нее Омер, — и я ей говорил, что не разведусь с Афрой. Это договорной брак, из него просто так не выйдешь.

— Я хотела тебя наказать, Омер, — обреченно говорит мама, — разлучить тебя с дочерью. И у меня получилось.

— А обо мне ты подумала? — шепчу я, стискивая край столешницы обеими руками. — Тебе на меня было наплевать?

— И ты не дарила ей от меня подарки, когда я об этом просил? — дрогнувшим голосом спрашивает Омер. — Ты же их покупала, Мариам! Ты присылала мне длинные отчеты!

— Дарила, — всхлипывает мама, — конечно, дарила.

Только не говорила, что от тебя. Потом кое-что откладывала, девочка выросла, знаешь, сколько всего ей было надо?

Внутри неприятно царапает. Все сбережения мать забрала с собой в Ванкувер. Я думала, она откладывала эти деньги со своего заработка, изо всех сил стремилась ей помочь и тоже что-то заработать.

— Я немало тебе присылал, Мариам, — голос Омера звучит гораздо жестче. — А ты украла эти деньги у моей дочери!

— Много ты знаешь! — взвивается мама.

 — Знаешь, сколько стоит вырастить девочку? Взрослую девушку?

— Ты говорила, что Ясемин не хочет меня видеть, что она меня презирает, — с горечью качает головой Омер. — Почему я потом не мог ее найти? Что ты сделала?

— Сменила фамилию. Свою и Ясмины, — еле слышно отвечает мама. Не верю своим ушам.

— Как сменила? — даже заглядываю в экран, хотя там лишь фон.

— Да, Яся, мы не Беляевы. Я была Бельская, и ты тоже. Омер тебя официально не удочерял, и когда он женился, я сменила фамилию себе и тебе.