И я хочу быть рядом с мужем.

Жанна ведет себя как особа, уверенная в своей правоте. Но меня это никак не волнует. Пусть ведет себя как хочет, ко мне это больше не имеет никакого отношения.

Переплетаю руки на груди.

— А я не хочу, — и не давая ей опомниться, продолжаю: — Уезжай, Жанна. Лучше по хорошему уезжай, пока я не дал приказ охране выпроводить тебя силой.

— На каком основании? — голос почти бывшей жены звучит недоверчиво.

— На основании закона о частной собственности. Ты находишься на чужой территории, и охрана фабрики имеет право выкинуть отсюда прямо сейчас.

Лицо Жанны приобретает насмешливое выражение.

— Я подам на раздел имущества и получу половину этой гребаной фабрики, Дамир! — она пренебрежительно поводит плечом.

— Не получишь, — опираюсь обеими руками в стол, — ты ни цента с нее не получишь, Жанна. Ни с нее, ни с одного из моих проектов.

— Это как? — она больше не ухмыляется, скорее, нервничает. Знает, что я не стану говорить только чтобы сказать.

— Очень просто. Фабрику купила компания. И не только фабрику, к твоему сведению. Учредитель и конечный бенефициар компании мой отец. Разумеется, когда мы с тобой разведемся, он передаст все активы мне.

Жанна бледнеет и обессиленно роняет руки. Поднимает голову и смотрит протяжным с поволокой взглядом.

— Ты не можешь так со мной поступить. С нами…

— Хватит, — морщу лоб, — я это уже слышал.

— Дамир, — Жанна вновь меняет стратегию и возвращается к привычному шантажу, — ты серьезно хочешь оставить меня ни с чем после того, как я столько лет терпела твои измены…

— Тебя никто не заставлял их терпеть, — перебиваю я. — Тебя и замуж за меня никто не заставлял выходить.

— А ребенок? Как же наш малыш? Ты о нем забыл?"

"— Мне следовало убедиться, что он мой, тут я провтыкал, — соглашаюсь с ней. — И знаешь что, дорогая? Чем больше я думаю, тем больше сомневаюсь, что все произошло случайно. Ты нарочно спровоцировала Ясмину, только немного не рассчитала. Ты знала, как именно лучше стать, чтобы выгодно смотреться на камере. Твой визит в наш дом от начала и до конца сплошная провокация и постановка.

— Как ты можешь так говорить, Дамир? — ахает Жанна. — Ты смеешь утверждать, что я убила своего ребенка?

— Почему нет? — пожимаю плечами. — Если он был мой, конечно, тебе выгодно было его оставить. Но если не мой… Ты со всех сторон в выигрыше. Ребенка нет, Ясмина нейтрализована, ты замужем. Вы ведь с отцом сразу делали расчет на то, что я не позволю посадить Ясмину, верно?

Она кивает на автомате, тут же спохватывается и вскидывается возмущенно.

— Ты бредишь, Батманов! Хочешь сказать, я планировала скатиться вниз по твоим ступенькам и свернуть себе шею?

— Нет, конечно же нет. Это как раз тот случай, когда ситуация вышла из-под контроля.