Верно, он тоже вряд ли сильно переживал из-за дочери, решившей изменить поведение.

Плечи Элизабет слегка поникли. Она вдруг осознала, что ее родственникам на нее попросту наплевать. Когда-то ей казалось, что сестра ее любит, но сейчас, после того, что она прочла в письме, эта уверенность рассыпалась прахом.

Обхватив себя руками, она вернулась к креслу и буквально рухнула в него. Ей нужно решить, что делать дальше.

В этот момент в дверь постучали. Элизабет вздрогнула и прикусила губу, с легким замешательством глядя на дверь.

Встряхнувшись, приказала взять себя в руки.

– Войдите, – произнесла достаточно громко для того, чтобы ее услышали.

Дверь немедленно отворилась. Увидев улыбку сестры, Элизабет ощутила, как по телу пробежала холодная дрожь. Она призналась сама себе, что ей было страшно.

– Гвеннит, что-то случилось? – спросила она, поднимаясь, и только после заданного вопроса заметила поднос, который сестра держала в руках. Взгляд Элизабет похолодел. Сжав губы, она постаралась не выдать своего отношения к происходящему.

– Я принесла тебе чаю, – прощебетала девушка и солнечно улыбнулась, давая возможность полюбоваться своим чистым видом и привлекательными ямочками. Раньше Лиза очень любила эту улыбку.

– О, не стоило так себя утруждать, – она слегка растянула губы, продолжая стоять на месте."

"Гвеннит совсем не удивилась холодности старшей сестры. Все-таки Элизабет и до этого не отличалась повышенной эмоциональностью. Впрочем, кое-что девушке все-таки не понравилось.

Войдя в комнату, Гвеннит подошла к столу и поставила на него поднос. На нем можно было увидеть чашку с блюдцем, чайник, сахарницу и несколько пирожных.

Лиза отстраненно подметила, что лакомство ее любимое, но есть его она, конечно же, не станет. И чашка была одна. Гвеннит не собиралась пить чай вместе с ней.

– Почему ты не спишь? – спросила младшая сестра, аккуратно наливая чай.

– Как раз собиралась.

– Правда? – Гвеннит улыбнулась, но при этом ее взгляд остался чуть прохладным, изучающим. – Твой любимый, – произнесла она, пододвигая в сторону Элизабет чашку.

Лиза вдохнула аромат напитка. Ее затошнило.

Прикрыв рот рукой, она отвернулась, стараясь дышать только ртом. Не помогло.

– Прости, мне надо… – не договорив, Лиза поспешно направилась в уборную.

– Что случилось? – в голосе Гвеннит звучала тревога.

Можно было даже изумиться, насколько хорошо у сестры получается притворяться, вот только в этот момент Элизабет волновало вовсе не это.

Захлопнув дверь прямо перед носом Гвеннит, она склонилась и выкашляла из себя все, что было в желудке. И надо сказать, что было там совсем немного.