План Макса работал — Айви медленно сдавалась, испытывая к нему физическое влечение и открываясь всё больше. Макс старался сдерживать себя, не давить на неё, но у него давно не было женщины, и потому почти каждый раз, оставаясь с Айви наедине, он не мог держать своих рук при себе. Фантазии о её теле и её магии не давали ему покоя, но он понимал, что сначала должен доказать ей, что она может ему доверять, хотя и считал это глупостью. Макс знал себя и понимал, что всерьёз увлечён и готов дать ей многое.

А дальше… он узнал “правду”. Макс старался игнорировать слухи об Айви, перестал им верить, считая их безумными и не соответствующими образу девушки.

Он думал, что знает её достаточно хорошо, чтобы отделить ложь от правды. Или так ему казалось.

Но как он мог не поверить женщине-ликвидатору, той, которая нашла слова, что наконец-то показали ему, что он — нечто большее? Что он должен начать жить своей жизнью. Её слова тогда, в Моранаре, навсегда изменили его мнение о себе и своём будущем. Он всю жизнь думал, что должен унаследовать дело отца, но он не был артефактором и не был достаточно хорош для отца. Он устал от постоянного чувства неполноценности, от мысли, что он подвёл отца самим фактом своего рождения стихийником.

Однако женщина-ликвидатор нашла те несколько слов, которые заставили его отбросить эти мысли и начать жить продуктивно, наконец-то создавая своё.

Люсиль вела себя почти идеально, стараясь не выдать, что она ликвидатор, но Макс однажды случайно увидел её значок и понял, что слухи о ней правдивы. Она смущалась и краснела рядом с ним, неловко здороваясь, как со старым знакомым.

Однажды он застал её плачущей.

— Что случилось? — спросил он тогда.

— Нет… ничего, — она украдкой вытерла слёзы и попыталась сделать невозмутимое выражение лица, но Макс читал боль в её глазах.

— Пожалуйста, расскажи мне. Ты очень помогла мне, и я хочу вернуть долг, — решительно попросил он.

— Я справлюсь… справлюсь сама. — её голос надломился. — Кто-то пытается украсть мою дипломную работу. Я очень волнуюсь, что если у неё получится?

Услышав это, он предложил ей любую помощь — за спасение своего брата и его самого. Ему не было жалко никаких денег, и он даже пообещал, что законник его отца будет рядом во время защиты дипломной работы.

Как он мог тогда не поверить ей, когда она показывала ему значок и повторяла то же, что сказала в Моранаре? Его интуиция шептала, что Люсиль совсем не похожа на женщину-ликвидатора, но разум подсказывал, что она не могла подделать значок. И как он мог не поверить мистеру Маршу? Какой сумасшедший станет врать о подобном?

Кровь стихийника слишком горяча, и услышав слова мистера Марша, Макс едва мог соображать от гнева и ревности.

Он пожалел о своих словах почти сразу.