– Нет, в самом деле, может, объяснишь, с какой стати человек, с которым я впервые встречаюсь в кабинете своего шефа, одаривает меня взглядом, который можно классифицировать как лютую ненависть? Поневоле задумаешься и начнешь кривляться.

– Ты спятила, – сказал он и даже засмеялся, но сам себе не верил, а я ему тем более. – Лично против тебя я ничего не имею. Пока, – заявил он, криво усмехаясь. – И давай закончим на этом. Я с нетерпением жду твоего рассказа.

– Ну так как насчет коньяка? Он взглянул на часы.

– В это время? Тебе не говорили, что ты много пьешь?

– Только об этом и слышу. Так что не утруждай себя. Если коньяк тебе без надобности, обойдусь и я. Но сначала мне надо позвонить. – Я с улыбкой придвинула телефон и набрала номер Марка. – Ну что, кудесник, есть новости?

– Тебе какие сначала, хорошие или плохие?

– Можно все подряд.

– Тогда слушай. Таксистов нашел, оба Черника отлично запомнили, потому что тот здорово нервничал. Время приезда и отъезда он указал правильно, а вот об одной детали забыл: когда парень возвращался от дома Аллы, его пиджак был в крови. Он объяснил, что порезал руку, она была замотана носовым платком, Черник выглядел полным психом, таксист не чаял избавиться от него. Еще подумал: не иначе мужик жену пришил.

– Таксист разговаривал только с тобой? Менты на него еще не вышли?

– Пока нет. Скажи словечко, и не выйдут.

– Спятил.

– Ну как хочешь, я просто хотел сделать тебе приятное. Запись разговоров у меня, можешь послушать. Привезти?

– Привези. Что еще?

– Губарев в ночь убийства Аллы домой вернулся поздно, был у своего отца якобы с девяти вечера. Но это проверить трудно, ведет себя как обычно, ничего интересного, ребята его пасут.

Я буркнула “пока” и отключилась, затем опять позвонила и договорилась насчет пристанища для нашего дорогого гостя.

– Теперь можно и поговорить, – вздохнула я.

– Только очень подробно, – не преминул заметить Лукьянов, и я продемонстрировала высший класс, поведала все четко, не упустив ни одной детали, и умудрилась уложиться в рекордно короткое время. Однако ответную любовь я ждала напрасно. Саша выслушал, кивнул, задал несколько уточняющих вопросов.

На мою старательность он вроде не обратил внимания, но моим личным мнением поинтересовался:

– Что думаешь? Конкуренты?

– У меня нет личного мнения, я за деньги работаю.

На его физиономии появилась ухмылка.

– Мне говорили, что ты время от времени пытаешься острить. Может, тебе отказаться от этого, выходит паршиво.

– От дурных привычек трудно избавиться.

– Ну так что ты думаешь? – снизошел он до того, что повторил вопрос.