Поэтому тут же добавил второй цвет Указу и бросил на землю его воздействия новое семя:

— Ну как же, помнишь, мы вместе торчали долго в той дыре и пили?

— Дыре… — Тартакал несколько раз моргнул, а затем просиял. — Точно. Точно. В городе Семи Рек.

Я выжимал ответы из Тартакала дольше, чем горят две малых палочки. Когда я закончил, вывел его с пятачка камня и стёр Указ, плотно заполненный вязью символов и условий, ему понадобилось двадцать вдохов, чтобы прийти в себя.

Отчётливо различимый миг. Вот он стоит с мягкой, рассеянной улыбкой на лице. Вот вздрагивает и меняется в лице, невольно делает шаг от меня, пятясь и замирает, широко распахивая глаза.

"

"Ещё два вдоха я жду, что будет дальше, но Тартакал лишь медленно качает головой:

— Эк вы меня, глава Ирал, словно заставили укладывать дрова в костёр, на который нужно будет самому же и лечь.

— Да, хорошее наследство мне досталось от Древних, — бросаю я последнее семя. Не уверен, что оно даст всход, но точно запомнится. Направляю мысли Тартакала в нужную сторону. — Я услышал твою просьбу и твои аргументы. Мне нужно посовещаться со старейшинами. Ты узнаешь о моём решении, сейчас можешь идти.

Тартакал склонил голову, прижимая кулак к ладони:

— Глава Ирал, буду с нетерпением ждать вашего решения.

Я проводил его взглядом и восприятием через две улицы и только потом развернулся к поместью. Где там Бахар?

На разговор с ним у меня ушло даже больше времени, чем на разговор с Тартакалом, а ведь начиналось всё хорошо.

— Ничего особого в его прошлом не нашлось, — кратко подводил я итоги всего, что рассказал под Указом Тартакал. — Он не связан ни с Эрзум, ни с другими кланами даже из полусотни сильнейших. Выходец из фракции четырёх звёзд.

Соблазнил жену одного из старейшин, бежал, когда всё раскрылось, перебивался иногда не совсем хорошими вещами, тогда и видел в одном деле Пересмешника. Честно хочет основать союз, не скрывает в этом намерении двойного дна и желания предать нас. Ожидает лет через десять накопить сил, чтобы сравниться с двухзвёздной фракцией, — закончил я с улыбкой.

Бахар давно откинулся на спину стула и сейчас выглядел так, словно заснул с открытыми глазами, но я знал, что это не так. В конце концов, он вздохнул и сказал:

— Глава, перечислите мне три, нет, пять, перечислите мне пять ошибок, которые вы допустили в деле с Тартакалом.

— Что? — я ощутил, как невольно вытягивается моё лицо. Какие ещё ошибки?

Видимо, оно не только вытянулось, но ещё и выдало все мои мысли, потому что Бахар сказал:

— Давайте я подскажу. Ошибка, которую вы допустили в начале разговора. Ошибки, которые вы допустили в самом разговоре, а вернее, вопросы, которые должны были, но, похоже, не задали. И ошибка, которую допустили в конце.

Я буркнул:

— Я ошибся в том, что пришёл поделиться с тобой.