Оказываюсь ещё и потому, что подсознательно не воспринимаю его как потенциального мужчину, скорее где-то как отца.

Он рассказывает про проект. На мгновение сжимает мою кисть.

- Ледяная. Может, к врачу?

- Нет, не нужно. Лучше домой.

- Адрес?

Говорю ему адрес.

По дороге он переводит мне деньги, извиняясь за задержку. И ругает, что я не позвонила и не напомнила о себе.

Это всё я слушаю фоном, а основное ощущение - вся та же кислота вытекающая из грудной клетки прямо в живот.

Но я не позволяю себе включиться. Дома... Все дома. Истерить при посторонних - это не мое. При посторонних я впадаю в тихую кому.

И я в коме...

Включаю свой телефон, чтобы проверить перевод. Он пиликает смс о дозвонах. Сжимаюсь от того, как все дёргается внутри. Как нерв в больном зубе.

- Геннадий Викторович, а Вы в два раза больше мне перевели.

- Да, это аванс на будущий проект.

- Но я же ничего не подписала ещё...

И не видела даже договор.

- Подпишешь, не волнуйся.

Это же хорошо, что аванс... - растерянно смотрю на сумму. Не буду потом ждать, как в этот раз. А если что-то не устроит, переведу обратно эти деньги, да?

Новый проект - это хорошо.

Пора уже самой себя обеспечивать. А Жанна... что тут скажешь. Не она у тебя увела парня, верно, Елизавета? Это ты с ее парнем что-то непонятное намутила... Чего теперь истерить? Ей с тобой работать также неприятно, как и тебе с ней. Но это работа...

Геннадий Викторович открывает мне дверь, помогает выйти из машины.

На мгновение блокирует мне собой пути отступления.

- У меня очень большие планы на тебя, Лиза. Через пару недель полетим в Москву... Хочу, чтобы ты познакомилась с нашей дизайн-группой. Мне важно твое мнение и идеи.

- А у меня учеба.

- Это будут выходные.

Между домом и машиной Геннадия Викторовича паркуется папина.

Оооо...

Я даже не знаю, что в этой ситуации хуже - отец или Шмелёв.

Аккуратно пытаюсь отодвинуть руку Геннадия Викторовича с дверцы, которую он держит, заключив меня в ловушку. И поймать папу до того, как он выдаст какой-нибудь неадекват.

- Мне пора!

- От дочери моей отошёл! - вылетает отец.

Геннадий Викторович обескураженно дёрнув бровями разворачивается.

- Добрый вечер.

- Нихера не добрый. Лиза быстро домой.

- Пап... - прощемляюсь я между ними.

- Пап! Это Геннадий Викторович. Мой... работодатель. Я говорила...

- Тот самый, который тебе деньги торчит и не может вовремя отдать? - с вызовом фыркает отец.

- Он отдал! - беззвучно артикулирую отцу.

- Ушла в дом.

Господи, блять! - не выдерживаю я, взмахивай руками.

Одни властные пластилины кругом! Да сколько ж можно?"

"Я взрослая, пап!! Мне как-то надо войти во взрослый мир и научится самой держать границы, ну!

Все это пытаюсь я выразить страдающим взглядом. Потому что любое слово против взбесит его ещё сильнее.