Сэм надеялся, что когда-нибудь в один прекрасный день они пересекут море и окажутся в ирландском имении хозяина – Уолвертоне. Его сестра Анни будет там в безопасности. Никто и ничто не будет ей больше угрожать. Они смогут начать жить заново. Новая жизнь для них обоих – вот о чем мечтал Сэм. Будут ли они скучать по чему-то или кому-то? Едва ли. У них нет ни матери, ни отца. Родители умерли. Ни у Сэма, ни у его сестры не было никого, ничто не связывало их с прошлым. У Сэма есть только Анни, а у Анни – только Сэм. И у них обоих есть хозяин – лорд Дивейн.

Сэм, прервав размышления, решил еще раз взглянуть на номер дома, мимо которого проходил в данную минуту.

Он повернул голову и остановился как вкопанный, пораженный увиденной картиной. На крыльце дома номер тридцать четыре пышнотелая особа с огромным усердием мыла ступеньки. Методичные круговые движения рук заставляли ее соблазнительные округлые формы то вздыматься, то опускаться. Сэм, завороженный, прильнул к остроконечной зеленой калитке, забыв о данном ему поручении.

Норин Шонесси пыхтела от злости. Вот уже несколько минут она оттирала пятно, которое никак не поддавалось ее щетке.

Наконец справившись с ним, Норин села на корточки и убрала под чепчик непослушные рыжие волосы, закрывавшие ей глаза. Работа закончена. Вытирая пот со лба, Норин оглянулась через плечо и тут же покраснела, увидев глазеющего на нее молодого человека. От неожиданности она растерялась, но подумала при этом почему-то о своих веснушках, которые стали незаметны на раскрасневшемся лице.

– Не прогоняйте меня и не кричите, – вкрадчиво сказал Сэм, продолжая рассматривать Норин. – Я всего лишь стою и наблюдаю за вами.

Крыльцо благодаря вам стало таким красивым, чистым…

Норин встала во весь рост, поправила на себе чепчик и накрахмаленный передник и бросила щетку в ведро с такой силой, что брызги, разлетевшиеся в разные стороны, оставили на крыльце мокрые пятна.

– Что тебе здесь нужно, негодник? Посмотри, что я из-за тебя наделала! – закричала Норин, глядя на вновь залитую грязной водой вычищенную перед тем с таким трудом ступеньку. Она так разозлилась, что была готова броситься в драку с Сэмом. В насмешках мужчин для Норин не было ничего необычного.

Она довольно часто сталкивалась с таким к себе отношением и поэтому не лезла за словом в карман, была готова в любую минуту дать отпор. Она не шутила с теми, кто не понимал слово «нет», и порой пускала в ход не только красноречие, но и кулаки. Ведя себя подобным образом с мужчинами, Норин уже давно отбила у них всякий интерес к себе как представительнице противоположного пола. Ни один из мужчин в Уиндраше даже не пытался соблазнить ее и завязать с ней роман. А теперь вот этот нахал, глазевший на нее!..