Это модель так называется. А не то, что ты подумала.

И, конечно же, бледно-голубые джинсы с шелковым пояском вряд ли бы надевал мужчина. Улыбаюсь смущенно и шепчу чуть слышно.

- Простите. Я не знала.

- Тебе сейчас многое будет в новинку, - замечает задумчиво Софья. – Не стесняйся, спрашивай.

- Спасибо, - низко склонив голову, бормочу я и убегаю в ванную переодеваться.

Эта модель сидит гораздо свободнее и не давит мне между ног.

- Вроде ничего, - говорю, стесняясь, и, выйдя из ванной, рассматриваю себя в зеркало."

"- Да, отлично, - довольно улыбается Софья. – На вот толстовку. Она скроет немного фигуру, а капюшон – лицо.

Надеваю широкую безразмерную кофту и не узнаю сама себя. Совершенно другой человек. Из иного мира, на который я глазела издалека, не смея подойти поближе.

- Просто супер! – хлопает в ладоши Олеся. – Прям не узнать тебя, Аминка!

Сокращенное имя бьет по нервам и режет слух. У нас никакие сокращения не приняты. Но сказать об этом я не смею. Боюсь обидеть двух замечательных женщин, помогающих мне. И пока раздумываю, что сказать, в коридоре слышатся голоса и стук в соседнюю дверь.

- Ничего страшного, Искандер, - где-то поблизости рыкает отец. - Я просто проверю, не прячешь ли ты Амину в пустом номере.

- Все номера заняты, брат, - громко вздыхает дядя. – Я надеюсь, когда ты в этом убедишься, то принесешь мне и гостям свои извинения.

- Не надейся, - отрезает отец. И даже не видя его, только по интонации я понимаю, как он взбешен. Застываю на месте, трясясь от страха. Слышу стук в дверь и понимаю, что я пропала. Он нашел меня!

И буквально через секунду оказываюсь в ванной комнате, куда меня заталкивает Олеся. Заходит следом и запирает дверь.

- Т-с-с, - подносит палец к губам. – Сейчас мама его отбреет! Сам не рад будет…

Вздрагиваю, когда стучат снова. Но Софья не торопится открывать. Затем приоткрывает дверь и сонно спрашивает.

- Что случилось? Кто-то умер?

- Мы ищем девушку, - бубнит по-русски отец. – Извини, что побеспокоили, Софи.

- А почему ты ее ищешь у меня в номере, Мурат? Кто дал тебе право вламываться ко мне и к моей группе посреди ночи? Или понятие «честь» применимо только к восточным женщинам? А о других можно вытирать ноги?

- Пропала моя дочь, Софи, - вкрадчиво сообщает отец.

- Где она пропала? Здесь, в отеле? – резко бросает Софья.

- В госпитале, - вздыхает отец. – Мне кажется, Искандер ее выкрал и привез сюда.

- Когда кажется, креститься надо, - огрызается Софья. – Я как руководитель группы категорически против, чтобы посторонние мужчины вламывались в номера моих подопечных. Это понятно?

- Тогда тебе придется пойти с нами, Софи, - гневно заявляет отец.

- Подождите, мне нужно переодеться, - цедит Софья и через минуту выходит из номера.

- Олеся, дочка, закройся и никому не открывай.