– Орден не хочет утрачивать сильные магические вещички, но в то же время не собирается ими делиться, поэтому прячет, – сделала я вывод. – Прямо как собака на сене.

Дяде Тиму показалось это смешным.

– А если хранитель активирует его? – продолжала я. – Браслет будет защищать его от всего на свете. И протекторы не потребуются.

– Активированный браслет станет заметен остальным магам, – заметил Август. – И сколь бы ни была огромной его сила, браслет может защитить хранителя, но не его близких. Человек слишком слаб, и у него слишком много уязвимых мест. «Если ты по доброй воле не отдашь мне браслет, я убью твоего ребенка».

Или отца, или любимого человека, или лучшего друга. Поверь, Анастасия, это действует и на магов, и на людей. Чтобы обезопасить хранителя и его окружение, много веков назад было принято решение – браслет не должен быть активированным, но должен быть постоянно на человеке, чтобы не потерять силы. Артефакты – они как звезды. Если на них долго не смотреть, они гаснут, – поэтично выразился маг и взглянул в стрельчатое окно, за которым царила волшебная ночь.

Я едва сдержала улыбку, точно зная из курса астрономии, что происходит с небесными телами, но слова мага почему-то напомнили мне Ярослава.

– В ночь, когда мы перестанем смотреть на небо, настанет вечная тьма, – задумчиво добавил Август.

– Глупости, – поморщился дядя Тим, которого всегда раздражали подобные разговоры ни о чем. – Звезды гаснут из-за выгорания водорода в зоне термоядерных реакций. И это научно доказанный факт. Магия, дорогая моя племянница, – это особенная тайная наука, умеющая влиять на законы физики, а не шизофрения. Великий князь подвержен некоторой эмоциональности в оценке происходящего.

За узким окном вдруг моментально погасли все звезды – и я даже глаза прикрыла, пытаясь понять, почудилось ли мне это или нет.

– Будь по-вашему, командор, – кротко откликнулся Август. Кажется, между ними был скрытый конфликт, истоков которого я, разумеется, не знала. – Кто я такой, чтобы идти против фактов? Кстати, вы никогда не задумывались о том, насколько похожи? Анастасия – ваша копия, командор.

– Возможно, – пожал тот широкими плечами. – По крайней мере, думать она умеет, в отличие от своих сестер и братьев, – дядя говорил так, будто меня в комнате с камином и вовсе не было.

Но больше меня задело другое – он хвалил меня. Своеобразно, но хвалил. Я всегда ждала, когда Реутовы похвалят меня, и странно было осознавать, что наконец я добилась этого – хотя бы от дяди.

– Давайте вернемся к разговору о розианцах. Я ведь тоже активировала браслет, – спешно перевела я тему, чувствуя себя странно. – Это могло стать им известно?

– Ты активировала крохотную его часть, Анастасия. Это, во-первых.