Да его попусту проигнорируют и сразу отправят в корзину для бумаг!

Мужчина перехватил мою руку, продолжающую с удовольствием тыкать в грудной рельеф, и сжал, демонстрируя собственную силу и мощь.

– Меня мало волнуют ваши трудности.

Я тяжело дышала, кипя от негодования. Блондин улыбался уголками губ, глядя сверху вниз. Его шершавая ладонь продолжала сжимать мою, а взгляд с нескрываемым интересом блуждал по моему лицу."

"Интересно, что будет, если я двину бригадиру между ног? Исключительно в качестве моральной компенсации за пару последних минут. Не станет же он звать на помощь правоохранительные органы и писать на меня длиннющие кляузы?

Дверь скрипнула.

– Холд, ты случайно не знаешь, почему вся наша бригада оседлала уцелевшие деревья и хозяйственные постройки, а Кшар осеняет себя оберегающими знаками?

Мы с бригадиром синхронно отшатнулись, продолжая, впрочем, буравить друг друга неприязненными взглядами.

– Твоя работа? – в вопросе прозвучало больше утверждения, чем самого вопроса.

– Впечатлился? – усмехнулась я.

У блондина дернулись щека и крылья носа.

– Женщина, да ты хоть понимаешь, кому противостоишь!

– А ты?

Щека у собеседника вновь дернулась, а глаза приготовились метать молнии.

– А-а-а… ладно, зайду попозже, – сообщил догадливый рабочий, так и оставшийся для меня незримым, и поспешил от греха подальше скрыться.

Мы остались одни. И напряжение странным образом уступило права интересу.

– Холд, – повторила я, пробуя имя бригадира на вкус.

Видимо, переборщила с ядом в голосе, потому что собеседника чуток перекосило.

– Так вот, Холд, я из тех, кто верит, что жизнь нагнетает тучи лишь для того, чтобы ярче блеснуть и одарить меня удачей.

– Вера – это очень полезное качество… для неудачников.

Рекс, что ж ты не откусил этому гаду самомнение?

– Посмотрим.

Одарив бригадира мрачным взглядом, я покинула вагончик и огляделась.

Заглянувший в разгар ссоры работяга несколько преуменьшил размеры случившейся беды. А она случилась, ибо, повалив забор, бригада впустила на свой участок не только разозленную Итару Кэбот, но и ее живность.

Куры заинтересованно исследовали новую территорию, Рекс точил когти о ствол дерева, куда взобралось сразу трое трясущихся от страха работяг. Еще пятеро засело на крыше сарая, двое торчали на бревенчатой будке временного туалета, остальные спасались по одному, оседлав ветви ближайших деревьев с той и с этой стороны.

– Ку-ра-ре-ру! – надрывал глотку петух тире хозяин тире хранитель.

У дальнего конца забора бородатый дядька острым концом отвертки поспешно рисовал на влажной земле кривую восьмиконечную звезду и что-то торопливо бубнил. Надо полагать, Кшар перестал осенять себя оберегающими знаками и обратился к другим, более могущественным богам.