Нет, Дэнчика она не винила – как такого красавчика можно в чем-то винить. На него можно только любоваться и балдеть. Нет, Аладдин винила себя. В том, что неправильно подошла к делу и даже лица «клиента» не посмотрела, прежде чем начать работать… Увидела спину и успокоилась. Раньше девушка такой беспечной не была и знала, кого можно щипать, а кого нет.

Прощай, папик, прощайте, его милые хрустящие денежки, крахмально-белоснежные банковские чеки и прохладная гладь кредиток… Не получилось с ними ничего сделать, а ведь на них у Аньки были огромные планы: мошенничеством блондинка занималась куда чаще и охотнее, чем карманными кражами: с них она начинала, оттачивая с юных лет воровское мастерство, а потом, как и положено, профессионально подросла, став опытной артисткой-аферисткой.

Жаль, не получилось хоть немного улучшить собственное благосостояние. Мало того, еще и заплатить пришлось. Не своим, конечно, драгоценным налом, а папиковским, тем, что у него был с собой в кожаном пухлом кошельке, но его-то деньги Аннета уже явно считала собственностью, и получилось так, будто бы она расплатилась своими почти «кровно заработанными».

Да и на руке теперь от сильной хватки чужих пальцев наверняка синяк останется. Так запястье стиснуть – это уму непостижимое жестокое обращение с девушками! И чувство полнейшей профессиональной непригодности теперь еще долго будет шагать рядом с пепельной блондинкой, весело насвистывая любимый репертуар из шансона. Обидно, однако, что так вышло. Что ее поймали. К тому же такой человек. То, что он в знак компенсации забрал ее деньги – на самом деле ерунда.

Анька вздохнула и потерла узкое запястье, которое слегка саднило. Но сердце саднило больше – из-за потерянных денег, но сильнее из-за опасности, в которую Анька чуть не попала. Даже странно, что ее отпустили так легко. А Смерчик неужели не знает, с кем решил поиграть? Вот очаровательный глупышка. Кстати, все из-за тех же чувств симпатии Дэна с его забавным Бурундуком она предупредила, написав записку, короче, все сделала по-честному. А честность приходила на огонек в мятежную и бурную душу блондинки очень редко. То, что Дэнчик решил ее подставить, или это решил сделать Помойка, ясен пень, Анька не верила. Никто ведь ничего не знал…

Сейчас фарфоровая красавица, радуясь, что легко выпуталась из этой некрасивой ситуации, не обращая внимания на восхищенные взгляды прохожих, спешно покидала парк, быстро-быстро перебирая тонкими ножками по асфальту и звонко стуча шпильками.