Они попрощались, Дэн схватил меня, все еще находившуюся в зыбком тумане дружного тандема удивления и потрясения, за руку и поволок по направлению к высоким окнам. Распахнув настежь одно из них, он, недолго думая, выкинул на улицу свой рюкзак и сказал:

– Чтобы весь универ не обходить, спрыгнем.

– Спрыгнем? – как сомнамбула, произнесла я, а потом до меня дошел смысл сказанного, и я чуточку ожила: – Как спрыгнем? Ты что, Смерчинский, дурак?

– Нет, меня обычно называют почти гением, – серьезно ответил молодой человек. – Здесь всего лишь первый этаж, не бойся. Я спрыгну первым, а потом поймаю тебя.

– Я выйду через дверь, как нормальный человек, – твердо сказала я, но этот гад, словно не слыша, забрался на широченный подоконник, потянул за собой меня, а потом, почти не глядя вниз, быстро спрыгнул на зеленый газон.

– Подай мой ноут, – велел он мне. Я покорно протянула ему переносной компьютер, моментально исчезнувший в рюкзаке Дэна.

– А теперь кидай свой рюкзак.

– Да ни за что в жизни, – прижала я к себе его. Вот же библиотекарша с приветом – на ее глазах студенты из окна сигают, а она и в ус не дует. Этот Денис что, гипнотизировать людей умеет? Сегодня только и слышу, какой он отличный парень!

Дэн подпрыгнул, ухватился за торчавшую лямку рюкзака и выдернул его из моих рук с такой силой, что я тоже чуть не вывалилась из окна вслед за ним же. Я слегка рассердилась – в другое время, наверное, я разозлилась бы очень сильно и стала бы, наверное, орать, но сейчас многие мои эмоции потерялись среди других, более сильных и куда более негативных.

– Давай быстрее, Бурундук, – велел Смерч мне. – Нам много всего нужно обсудить.

– Сейчас я спущусь и убью тебя, – отозвалась я и свесила ноги вниз. Иногда у меня в голове что-то замыкает, и я тоже совершаю немного безрассудные поступки.

– Давай быстрее, друг Дениса, – сказала мне в спину библиотекарша Василиса Петровна. – Дует. Сдует еще меня.

– Ветру нужно хорошенько постараться, чтобы вас сдуть, – хмуро и очень тихо отвечала я. – А ураганов у нас, как известно, не бывает.

Дэн все же услышал мои слова и осуждающе покачал головой, хотя его темно-синие глаза смеялись – по крайней мере мне так показалось. Через пару недель я хорошо научилась разбираться в эмоциях, отражающихся в сморчковских очах. По крайней мере мне казалось, что хорошо. Однако я ошибалась.

Он протянул руки и все-таки помог мне спуститься. Окно за нами с шумом закрылось.

– Какая-то ты худая, – скептически осмотрев меня, произнес Смерч.

– Разве это плохо?

– Вообще-то хорошо, только там, где у женщин по идее должны быть округлые формы, у тебя почти ничего нет.

– Ты! – замахнулась я на него только что поднятым с земли рюкзаком. – Совсем обнаглел?

– А я здесь при чем? – ловко отпрыгнул он в сторону.