Вид у него все равно остался устрашающим, только взгляд чуть подобрел.

— Ну, я тогда пошел, — торопливо бормотнул Семен и рванул с кухни, словно за ним черти гнались.

Я только усмехнулась.

— Видал, Крыся, какие мы с тобой страшные? Целого огромного волка напугали.

Мой иждивенец, оккупировавший свою именную табуретку, открыл один глаз, лениво покосился на меня и снова уснул. Ну да. От него поддержки не дождешься."

"Я придвинула к себе ноут и попыталась вникнуть в тонкости сетевого маркетинга, но мысли то и дело возвращались к Егору и к тем переменам, что произошли в моей жизни. Кто бы мог подумать, что все так обернется! Любимый мужчина, новая стая, собственный дом, стабильность… Нет, насчет стабильности говорить, конечно, рановато, но порой мне кажется, что я всю жизнь живу в Волчьем Логе и знаю всех его обитателей. А со многими даже дружу. Ну а что? Могу я помечтать? Столько лет держаться настороже и никого не подпускать близко, и вдруг оказаться среди своих. Это же чудо какое-то! И я уже успела кое с кем подружиться. Вернее, я думаю, что мы подружимся. С той же Татьяной, которая, оказывается, не просто продавщица, а хозяйка того самого супермаркета. Или вот с Ингой. Не знаю, почему, но мне кажется, подруга ей точно не помешает. Слишком она колючая и напряженная, и ни с кем из местных особо не общается. А в глазах такая тоска, что за душу берет, и хочется обнять и сказать что-то доброе, такое, отчего соседка хоть разочек улыбнется. Пока что у меня не очень получается, но это пока. По крайней мере, я верю, что рано или поздно Инга оттает.

Я посмотрела в окно, на падающий снег, и вздохнула. Без Егора дом казался странно пустым. Всю неделю мы были вместе, и я даже не замечала, как летит время, а сейчас оно тянется ленивой улиткой и до вечера еще ждать и ждать. И ведь не пойдешь никуда, чтоб развеяться. Еще и Чадов этот… Самому в город приспичило, а я, значит, тут сиди. Эх, нет в жизни справедливости…

Я отвела глаза от тронутого морозом стекла, посмотрела на экран ноутбука и, как всегда внезапно, задохнулась от появившейся перед глазами картины. Страшной картины, которая преследует меня уже много лет.

…Тела казались ненастоящими. Они были повсюду. Окровавленные, засыпанные обломками стен и цементной крошкой, странно выгнутые, лежащие в неестественных позах. Я пробиралась между ними, почти не узнавая искаженные лица, шла вперед и вперед, в поисках родителей и брата. И не хотела их находить. Надеялась. До последнего надеялась. Что они живы, что успели уйти, что не лежат тут, среди погибших волков.