"

"Дышать тяжело, горло спирает, а внутри горит и давит. Душно… Жадно хватают ртом воздух.

Прислоняюсь к дереву и пытаюсь успокоить ритм сердца. Не получается.

Стекаю вниз по стволу на траву, она сырая и прохладная от росы. По коже пробегают мурашки. Хватаюсь за голову и застываю в этом положении.

Вот я дел натворила! Как в глаза ему теперь смотреть?!

Твою мать!

Отрываю руки от головы.

Птицы…

Там кто-то был?..

А если нас сняли? Если тот, кто там был, скинет фотки или видео в интернет?

Пипец!

Его ж с работы попрут. Родители меня убьют — отец так точно.

С трудом поднимаюсь и плетусь в корпус. По дороге молю бога, чтобы не пересечься с Гордеем. Он меня услышал, на пути не попалось ни души.

Все спят. Подкрадываюсь к своей кровати, так, чтобы никого не разбудить, но Макарова, которая спит на соседней койке всё равно просыпается. Заспанными глазами смотрит на часы.

— Макс, — шепотом. — Ты только пришла? Где ты была так долго? Уже светло. Солнце вот-вот встанет.

— Нигде. На реке купалась, — это, в общем-то, правда. — Спи!

— Одна? — поднимается на локтях.

— Одна…

Снимаю мокрую одежду, быстро надеваю сухую футболку и шорты от пижамы, забираюсь под одеяло с головой.

Сон приходит не сразу.

В голове раз за разом прокручиваю случившееся, а до подъёма пара часов.

Я не смогу больше рядом с ним находиться. Утром позвоню матери, попрошу, чтобы забрала меня отсюда.

Впервые за долгое время стыдно за свой поступок.

Просыпаюсь от оглушительного свиста в ухо. Подпрыгиваю с кровати и встаю в стойку, готовая всечь нарушителю тишины.

Вокруг хихиканье.

— Долго спишь, Макс, — смотрит на меня мой "" мучитель"", упираясь руками в бока.

Вокруг собрался весь отряд. Стоят и смотрят, как я спросонья непонятливо хлопаю глазёнками, пытаясь собрать мысли и внимание в кучу.

— Я же могла и с ноги…

— Не бойся, я умею ставить блок, — ухмыляется Гордей Петрович.

Сволочь, ведёт себя так, как будто ночью ничего не было.

Чего удивляться, я у него не первая и не последняя. Популярностью у девушек точно пользуется, а он ими. Не хочется встать в один ряд с такими.

— На зарядку быстро! — приказывает мне. — Вас это тоже касается! — рявкает на остальных.

Осматриваюсь кругом. Все тихонько смеются или лыбятся.

Черти!

Могли бы и толкнуть, когда он пришёл. А они просто наблюдали. Хотели увидеть меня в унизительном положении?

Мол, не такая ты и крутая.

Взгляд падает на Селезнёву. На её лице странная ухмылка.

— Чё тебе, пернатая? — делаю в её сторону выпад.

— Ни-че-го, — тянет.

Но противная усмешка с лица так и не пропала.

Через пять минут мы на площадке. Вожатый гоняет, как зверь. Мне достаётся больше всех. Я думала, что не смогу смотреть на него, а нет. Готова взглядом его порвать, как Тузик грелку.

Макс, выше ноги! Макс, шевели задницей! Макс то, Макс сё.