Нечто неуловимое промелькнуло в его взгляде, а меня охватил озноб, и я задрожала.

— Я — не она. Убери от меня руки, — получилось слишком резко и грубо, но я и так позволила ему слишком много.

— Да, ты — не она, — ровным голосом произнес он, продолжая рассматривать меня немигающим взглядом. — Мне показалось, что ты хотела мне что-то сказать?

— Да. Не нужно больше к нам приезжать, — с твердой решимостью проговорила я, хотя внутри желала трусливо сбежать из палаты.

В комнате повисла оглушающая тишина. Роберт опустил руки, вложил их в карманы брюк.

— Почему? — он нахмурил брови, а его глаза вмиг утратили блеск.

 — В чем дело, Полина? Это Быстров? Он ставит тебе ультиматумы?

— Нет, дело не в нем.

— Тогда скажи в чем причина? — затаив дыхание, то ли от волнения, то ли от страха, я выдержала его испепеляющий взгляд.

— Несколько лет назад я уехала из родного города, перестала общаться с близкими мне людьми… На то у меня были веские причины. Возобновлять эту связь я не намерена. Мне жаль, что Кристины больше нет. Жаль, что девочка будет расти без матери, но… Не нужно больше к нам приходить и настаивать на встречах.

Меня как будто давило сверху огромной железобетонной плитой. Больно было сделать вздох, потому что в глубине души я понимала, что поступаю неправильно, что Дамира и Сафина ни в чем не виноваты, но я боялась снова ошибиться. Люди ведь должны учиться на ошибках и извлекать из них уроки?

— То есть это твое окончательное решение?

— Да. Мы не будем дружить семьями. Мы не будем сближать наших детей. В моем лице ты не найдешь замену матери для Дамиры, — я изо всех сил старалась сохранить невозмутимый, спокойный тон, но внутри ощущала себя так, словно по оголенным нервам пускали ток.

 — Наша встреча на свадьбе Алены была случайностью, а их продолжение — большой ошибкой. Именно об этом я пыталась сказать тебе все время.

Роберт не шевелился. Двигались только синие глаза, впитывая каждую подробность моего лица, словно он впервые увидел меня. Или в последний раз.

— Хорошо, — напряженно выдохнул он, развернулся и вышел из палаты.

18

Роберт

— Лиза, в чем дело? — я посмотрел на девушку через зеркало заднего вида. Дамира плакала и не могла успокоиться уже несколько минут. — Мне остановиться?

— Роберт Рустамович… — наши глаза встретились на секунду в отражении.

 — Да, нужно остановиться. Малышка хочет, чтобы ее переодели во все чистое. Ваша принцесса не переносит быть грязнулей. Вот и все, — смущенно улыбнулась Лиза. — Не иначе до самого дома будем ехать под эти аккомпанементы.

— Хорошо. Потерпите минуту. Сейчас будет заправка, — ответил я, посмотрев в навигаторе."

"Мельком взглянув на Сафину, которая вела себя тихо, я заметил, что она гладила маленькой ладошкой сестру, но та не успокаивалась.