И Владимир, говорят, тоже отчаянный… Хотя нет, этот от Марии сын, ему на мою жену плевать. А вот мальчишка Берислав хуже всех, святоша проклятый. И улыбается так, как будто знает, что я вчера на обед ел! Говорил отец покойный: бойся тех, кто себе на уме. Они всех опасней! Шкурой чую, он еще даст нам всем просраться! Нет, ну как же тяжело королем быть! Да еще с такой родней!

* * *Февраль 640 года. г. Бильбаис (в настоящее время — г. Бильбейс, Египет).

— Скольких, говоришь, ты потерял? — Святослав пристально смотрел на Айсына, который склонил голову, пряча глаза.

Четвертый легион, собранный из словен и ромеев, стоял в Бильбаисе уже несколько недель.

Тренировки продолжались до темноты, пока изнуренные воины не падали с ног. Все понимали, что война уже пришла в их дом, и она на самом пороге. А значит, жизнь дальнейшая зависит от того, кто стоит рядом с тобой. И это сгладило вечную нелюбовь ромеев и словен. Египтян в легион не брали. Попробовали было, но пока градус ненависти был таков, что сводить в один десяток ромея и копта не рисковал никто. Египтяне собрали свои отряды и стали неподалеку. Отдельным войском стали и даны с норвежцами. Командование над ними отдали Сигурду Ужасу Авар, причем, к немалому удивлению Святослава, это был приказ самого князя. Княжич удивился, но ослушаться не посмел. Не посмели ослушаться и ярлы, ведь право на военную власть можно было оспорить только в поединке. Впрочем, самоубийц не нашлось, и так Сигурд стал походным конунгом, вождем двух тысяч бойцов.

— Так сколько? — повторил Святослав.

— Больше сотни всадников, государь, — глухо ответил тот.

— Скверно, — обронил княжич. Он только что вернулся из поездки по восточным городам Дельты, проверяя их готовность к обороне.

— Значит, в засаду попал тот, кто сам устраивал засаду. Вот тебе и верблюжатники. Дали нам по носу, чтобы не зазнавались. Ушли-то хоть как?

— Из луков отбились, — поднял глаза Айсын. — Подпускали и расстреливали в упор. Иначе загнали бы нас, как раненых оленей. Потом оторвались и переплыли реку там, где берег чистый был. Мы то место давно приметили. Арабы не пошли за нами, побоялись.

— Что думаешь, Войцех? — княжич повернулся к советнику, который следовал за ним, как тень.

— Думаю, нам не надо спешить и делать глупости, — пожал плечами тот.

— На два дня пути от них нет ни зернышка. Они не смогут сидеть в осаде бесконечно. Они попробуют либо взять город, либо уйдут оттуда и оставят его в тылу.

— Рискованно, — ответил после раздумья Святослав."

"— Рискованно, — согласился старый воин. — Но возможно. Они ребята отчаянные, и воевать умеют.

— Ты бы сам что сделал? — спросил Святослав.

— Взял бы в заложники семьи синайских шейхов, — пожал плечами воин. — И послал бедуинов в рейд по нашим тылам.

— Уже, — обронил Вячко.