– Вилами на воде…

– Точно. Но других зацепок все равно нет.

В отдел женского белья Артем вошел так, точно собирался закрыть грудью вражеский дзот. Показал двум скучающим девушкам удостоверение, и мы с ними немного побеседовали. Выяснилось, что обычно девушки работают по две. За клиентами, что берут дорогое белье, присматривают, в том смысле, что надолго их без внимания не оставляют. Когда по одной работают, а такое случается, то, конечно, сложнее. В день убийства девушка работала одна, у коллеги заболела мать, и она уехала на три дня. Тот факт, что через примерочную можно пройти в секцию спорттоваров, их не очень тревожил, воруют больше с вешалок.

Сунут в карман трусы, и не заметишь, а они по пятьдесят баксов. К тому же с девчонками из спорттоваров есть договоренность приглядывать за кабинкой. Если вдруг выходит женщина, которая в секции вещь на примерку не брала, значит, просто зовут продавца из соседнего отдела. Но за два года таких случаев было раз-два и обчелся.

Артем принялся выспрашивать их о парне, который вертелся здесь в день убийства, но ничего нового девушки сообщил не могли. Я направилась в соседний отдел спорттоваров, где была не очень-то приветливо встречена.

Отдел закрыт на учет, и две девушки во главе с хозяйкой были слишком заняты. Односложные ответы и хмурые взгляды. У меня ушло минут пятнадцать на то, чтобы разговорить их.

Если честно, я уже хотела уйти, но упрямство пересилило, и старания мои были вознаграждены.

– А знаете, – вдруг сказала Лиля, одна из продавщиц, – в тот день к нам Лена приходила, та, которую вчера убили.

– В этом было что-то необычное? – спросила я.

– Что? А… нет, в общем-то нет. Хотя мы едва знакомы, и я даже не знала точно, как ее зовут.

– Вы расскажите поподробнее, зачем она приходила, – попросила я.

– Рассказывать-то нечего. Юлька мужику помогала беговую дорожку до машины тащить. Грузчика не было, а клиента упускать не хотелось. А я здесь. Вот тогда и Лена подошла, в лицо-то я ее знала. Расспрашивала про шорты антицеллюлитные. А у меня запарка, я вполуха слушаю и между делом отвечаю, она, видно, обиделась и, не договорив, пошла. Мне неудобно стало, я извинилась, она плечами пожала, мол, ничего, дело понятное.

– Больше не заглядывала?

– Нет.

– А к примерочной она не подходила?

– Зачем? Она рядом со мной стояла, вот здесь, возле кассы.

С этого места отлично просматривался весь отдел, а главное, вход в примерочную. Что-то вроде смутной догадки шевельнулось во мне.

– А уже после убийства вы с ней не разговаривали?

– Нет, мы даже не виделись. То есть, может, виделись, но я не помню. Мне еще показалось, что она на парня как-то странно посмотрела.

– На какого парня?

– Просто парень, выходил из отдела, а она уже пошла.