Добила ее картина, открывшаяся прямо за воротами русской пограничной крепости. Там была такая грязь, что плыви и хрюкай. Минут через несколько карета безнадежно застряла, и если бы не высланная князем для встречи почетных гостей дружина, неизвестно, сколько бы они в этой грязи проторчали. Конечно, нельзя сказать, чтобы это время было для Варьки совсем уж бесцельно потеряно. Она досыта налюбовалась на местный быт, забавную одежду и непередаваемый русский колорит. Однако практически то же самое (без сарафанов и с ларьками) она могла увидеть в любой Вершаевке, а посему, когда княжеская дружина все-таки подошла, Варька оторвалась от любования Древней Русью без сожаления. Дружинники, даже не попросив графиню покинуть насиженное место, просто подняли экипаж и понесли его до княжеского дворца на плечах. Удивленные кони, которых вел один из Варькиных слуг, косились на дружинников с явным одобрением.

Княжеский белокаменный (по-другому не скажешь) дворец произвел на Варьку огромное впечатление. Она никогда не думала, что княжеские дворцы были, во-первых, такими огромными, во-вторых, такими богатыми, а в-третьих, настолько захламленными всяким барахлом и неясными людьми от дружинников до попрошаек.

Князь пировал. Наверное, на Руси был очередной народный праздник последнего четверга недели. Вошедшую в княжеские хоромы Варьку с порога накрыло музыкой, гомоном и запахом сивухи. Поначалу она даже потерялась среди шкафообразных дружинников, но генерал методично толкал ее к князю. У Варьки мелькнула нехорошая мысль, что ее прямо сейчас тут и выдадут в качестве дани, и она заранее начала к князю присматриваться. Дмитрий был мужчиной лет так под сорок, среднего роста, крепким, со светлыми волосами, небольшой бородкой и ярко-голубыми глазами. Типичный русич, одетый в просторную рубаху смачного кумачового цвета, такие же просторные шаровары и (почему-то) шлявшийся по собственному дворцу босиком. Недоуменный Варькин взгляд остановился на босых княжеских пятках.

– Князь горюет, – в ответ на написанный в Варькиных глазах немой вопрос пояснил один из дружинников. – Лучший воин из нашей дружины его предал. Князь его казнить повелел. А теперь думает – вдруг оклеветали дружинника? Повелел похоронить его с почестями и сапоги со своей ноги отказал. – Варька фыркнула. Похоже, что у князя, как и у всех русских, была тонкая и загадочная душа.

Тем временем Дмитрий наконец выбрался из-за стола и пригласил Варьку следовать за собой, оставив ее генерала за дверью. В горнице наверху тоже стоял стол, но уже явно накрытый на двоих. Судя по нему, гастрономические изыски князя далеко не ограничивались русской кухней. Особенно поразило Варьку присутствие на столе огромного количества сала. Она скосилась на Дмитрия.