Почему-то в затуманенной наркотиком голове всплыла небезызвестная фраза: «Оставь надежду всяк сюда входящий»*… К чему бы это? А, может, я и правда умерла и за свои порочные мысли попала в ад? А он… Кто он, этот человек? Может, и не человек вовсе? Может, он Дьявол, что искушал меня? Змий тот самый?

— Скажи моё имя, — тихий приказ, и я с готовностью исполнила его, как заправская шлюха.

— Марат…

— Попроси, чтобы трахнул тебя.

— Трахни… — я никогда не произносила это слово… Мерзко, гадко.

Всё больше кажется, что это был какой-то сон. До ужаса непривычный, дикий, но и кошмаром его не назовёшь. Хотя бы потому, что хотелось, чтобы он продолжался. Возник какой-то нездоровый интерес, и его не погасить доводами здравого смысла."

"И волнительно до невозможности. Неужели это произойдёт? И он не остановится? Не передумает? Но и желания, чтобы передумал, особо не возникало.

Подумала, что, скорее всего, уже утром мне будет очень плохо от происходящего в тот самый момент. Жизнь уже не станет прежней. Но я всё больше склонялась к тому, что завтра ничего не вспомню. И пусть. Пусть всё произойдет и поскорее закончится. Пока я находилась в этой прострации.

Он берет меня за волосы и тащит вниз. Падаю на колени и, подняв на него взгляд, облизываю пересохшие губы. Когда он успел раздеться? И его член… Он совсем не такой, как у моего мужа. Он большой и… Какой-то странный. А что этим вечером не странно?..

— Ну, чего? Обрезанного никогда не видела? — усмехнулся, блеснув белыми зубами. — Открывай рот, или мне каждый раз нужно говорить тебе, что делать?

Он минет хочет? Серьёзно? Но я же никогда… Мой Петя никогда не допустил бы такого. Минет, куннилингус… Это же для извращенцев! В груди шевельнулся протест. У меня ведь есть любимый муж. А я, как уличная проститутка, стою на коленях перед громадным мужиком и пялюсь на его член. Обрезанный. Хотя по нему и не скажешь. Очень даже… Полноценный.

— Я не умею…

— Да ладно! Ты уже переигрываешь, Снежана, или как там тебя. Давай, — надавил пальцами мне челюсти, и не осталось ничего другого, кроме как разомкнуть губы. — Вот так, умница, — его член ворвался в мой рот и, совершив первый глубокий толчок, мужчина хрипло застонал. — Ну? Чего застыла? Заглатывай, — и снова толкнулся так глубоко, что достал до горла, а я закашлялась. — Да твою же мать, ты что, совсем ни хера не умеешь?! — рявкнул на меня и больно дёрнул за руку, принуждая встать. — В чём дело? Хватит этих игр!

Подтолкнув меня к кровати, развернул к себе спиной, надавил на шею сзади, заставляя наклониться, а я вдруг поняла, что страх возвращается, и мне очень хочется домой. К моему мужу ласковому. В его объятия. И пусть его майка всегда в пятнах и пахнет майонезом с кетчупом, но я очень скучала по нему. А этот мужчина… Он не человек. Зверь какой-то.