А каждая подаренная не мне улыбка выкручивала из меня нервы."

"Да, я хотел бы все рассказать, но отчетливо понимал, что это сделает лишь хуже. Стоит Эмилии узнать о том, что я сделал, она возненавидит меня всем сердцем. И это убьет меня. Так лучше оставаться загадочным старшекурсником, чем тем, кто подло украл ее невинность.

— Мне не искупить вины, — тихо добавил я.

— Но можно попытаться.

— Не хочу, Хорс. Ты хоть представляешь, каково увидеть ненависть в глазах важного для тебя человека?

— А если умолчать о той ночи? Лишь о себе…

Я перебил:

— Рассказать, что я чудовище? Тебе никогда не приходилось видеть, как искажается от страха лицо, стоит кому-то узнать о моей сути? Я ведь монстр! Как они еще называют нас?

Я лишь вообразил ужас Эмилии, и едва не задохнулся сам. Легкие буквально заполнились огнем. Лучше никогда не увидеть искаженное презрением лицо первокурсницы, ведь даже меч в груди не способен причинить страданий больше, чем подобная реакция несомненно важного для меня человека.

Хорс положил руку мне на плечо.

— Иллар…

— Больше не пытайся нас свести, — устало попросил я. — И сам ничего не рассказывай. Я смогу ее защитить и так.

— Ты совершаешь ошибку, мой старый друг.

— Каждая ошибка чему-то нас учит, — напомнил я его собственные слова и поторопился покинуть подсобное помещение.

Толком не задумываясь, куда иду, вскоре оказался в закрытом саду. Здесь всегда думалось лучше. Все-таки мне не хватало дикой природы, солнечного света, окружения зелени, которой на территории академии было маловато. Лишь поход подарил возможность насладиться этим, однако я занимался другим. Точнее, другой.

Мне требовалось передышка. От вечного самоконтроля, от окружающих меня людей, от ощущения, что ищейка снова нападет на мой след… Я осознавал, что если попасться Хансэну, то выжить не удастся. Маниакально настойчивый и въедливый, именно он уничтожил моего старого друга. Настиг его прямо в Оринсе, на берегу реки.

Рионс единственный понимал меня, поддерживал в стремлениях, давал ценные и очень мудрые советы. Да, у меня остался дэ Мьюви, но ему было сложно понять некоторые моменты. Все-таки я дракон. Чужак среди людей. Враг. Опасность. Тот, которого непременно назовут монстром и посадят на цепь.

Я опустился на скамейку и прикрыл глаза.

Эмилия…

Я думал о ней каждую минуту, и это настораживало. Она забралась ко мне в голову, проникла в душу, пронзила чресла…

Приходилось сторониться первокурсницы только потому, что с каждым разом все труднее сдержаться. Сколько раз хотелось прижать ее к себе. Обнять, впиться в эти сладкие губы. Иногда тянуло сорвать одежду и осыпать каждый участок тела поцелуями, только чтобы вновь увидеть раскрасневшиеся щеки, затуманенные страстью глаза и блаженную улыбку.