Нужно убрать волосы со лба и уложить на голове короной так, чтобы лишь две пряди спадали на уши… или просто зачесать назад и распустить мягкими волнами по плечам…

Как только они вошли в дом, Уитни, пробормотав извинения, поднялась к себе и в отчаянии бросилась в кресло, с ужасом воскрешая в памяти унизительный скандал, свидетелем которого стал Пол. Как мог отец так грубо стащить ее с коня, а потом кричать при всех! Тетя и дядя, несомненно, вне себя от ужаса, и все из-за ее отвратительной выходки! Щеки Уитни горели от стыда при одной мысли о том, как, должно быть, они презирают ее.

– Уитни? – шепнула Эмили, прокравшись в комнату и осторожно закрывая за собой дверь. – Я пошла через черный ход. Твой отец очень сердится?

– Зол, как сам дьявол, – подтвердила Уитни, разглядывая собственные ноги. – Наверное, я все испортила, как ты считаешь? Все надо мной смеялись, и Пол это слышал. И теперь, когда Элизабет исполнилось семнадцать, он, конечно, сделает ей предложение, прежде чем получит хотя бы малейший шанс понять, как любит меня.

– Тебя? – ошеломленно повторила Эмили. – Уитни Стоун, да он бегает от тебя как от чумы, и ты прекрасно знаешь это! И кто его осудит, особенно после тех неприятностей, которые ты доставила ему в прошлом году!

– Не так уж много, – запротестовала Уитни, неловко заерзав в кресле.

– Нет? А как насчет той проделки, которую ты сыграла с ним в канун Дня Всех Святых? Кто выскочил на дорогу прямо перед его экипажем с диким воплем, как банши [1], да еще в костюме привидения, так, что лошади испугались?

Уитни побагровела.

– Ну… не настолько уж он рассердился… и коляска осталась цела. Только ось поломалась, когда она перевернулась.

– Да, и нога Пола, – напомнила Эмили.

– Но она быстро зажила, – возразила Уитни, уже почти забыв о прошлых неудачах и явно подыскивая способы вновь привлечь внимание Пола. Девушка вскочила и медленно обошла комнату. – Необходимо придумать что-то… даже если придется для этого похитить Пола.

Лукавая улыбка осветила измазанное грязью личико, и Уитни развернулась с такой скоростью, что Эмили испуганно сжалась.

– Эмили, одно совершенно ясно – он не подозревает, что неравнодушен ко мне. Правда?

– Вернее сказать, ему совершенно безразлично, есть ты на свете или нет, – насторожилась Эмили.

– Следовательно, будет правильнее сказать, что он не сделает мне предложения без дополнительного стимула. Согласна?

– Да он под дулом пистолета не сделает тебе предложения, и ты прекрасно понимаешь это. Кроме того, ты слишком молода, чтобы выйти замуж, даже если…

– При каких обстоятельствах, – торжествующе перебила Уитни, – джентльмен обязан предложить руку леди?

– Понятия не имею. Кроме, конечно, случая, когда он скомпрометирует ее… Уитни, нет! Ни за что.