– Вы мне их предоставите?

– Я уже отправил вам час назад на вашу электронную почту сканированные листы.

– Спасибо, я посмотрю и потом, может быть, попрошу каких-то уточнений, – поблагодарил Гуров. – А еще, Марк Борисович, вы имеете представление о том, как и по какой причине были в девятнадцатом веке утеряны драгоценности этой самой купчихи?

– Брыкаловой. Вы знаете, Лев Иванович, темная какая-то там история. Прямых показаний в материалах нет. Если я попытаюсь передать вам смысл, то получится следующее. В преклонных годах Брыкалова сильно болела, много денег потратила на лекарей, возможно, что часть ее состояния отошла в неизвестные нам руки.

Например, не сохранились дарственные или нотариально заверенные завещания. Мало ли.

Когда Гуров вошел в кабинет генерала Орлова, там бушевала гроза. Лев Иванович вот уже несколько дней не появлялся на планерках в Главке и несколько выпал из общего потока информации. Петр Николаевич глянул на вошедшего Гурова и выпроводил двух офицеров, попавших под раздачу за какие-то недостатки в своей работе. Обычно, отчитывая наедине подчиненных, Орлов старался сделать так, чтобы суть инцидента не выходила за двери кабинета.

Только если проступок или нерадивость не коснулись коллег или в целом работы управления. Сейчас он не удержался.

– Заходи, Лев Иванович! Вот времена наступили. – Орлов приобнял старого друга за плечо и провел к угловому дивану у окна. – И в наше время опера пили. Все понимаю: и нагрузка, и неприятности, и напряжение нервное. Но эти! В ночном клубе козырять удостоверениями Главка уголовного розыска перед девками, в то время когда ГУВД проводит рейд по наркоте.

Уволю к чертовой матери!

– Да, мы были другими, – улыбнулся Гурова и выразительно посмотрел в глаза Орлову.

Это была старая игра. Разворчавшийся генерал, погружающийся все больше и больше в административную деятельность, начинал использовать частенько избитые штампы в своих сетованиях. И Гуров ловил его на этом. Вот и сейчас Орлов поднял глаза на старого друга, некоторое время смотрел на него, потом рассмеялся.

– Ладно, ладно. Все, согласен, ворчу, как старик! Во все времена так говорят. – Потерев затылок своей крупной головы, Орлов перешел на серьезный тон: – Давай, что у тебя по ювелирным изделиям.

– Ну что. – Гуров вытащил из папки листы бумаги с распечатанными на них на цветном принтере изображениями и текстом. – Удалось немного определиться с возможной принадлежностью украшений. Есть основания полагать, что последней хозяйкой была некая купчиха Брыкалова. В Подмосковье у нее имелось льняное производство, пилорама и несколько скотных дворов. После ее смерти след драгоценностей потерялся.