Мы с Джимом ломанулись в сторону тропинки, по которой сюда пришли, к деревьям, вокруг которых бродили нереально долго, пока защитный купол маскировал всё действо и, как пояснил Псих, отводил глаза.

После ярких огней магического боя ночь показалась особенно тёмной. Мы бежали. Причём сокурсник, как истинный джентльмен, тащил меня в сторону женской общаги. Как ему только удавалось ориентироваться в этом оказавшемся таким огромным парке? Ведь после поисков овальной поляны я была убеждена, что у МикВоя топографический кретинизм!

Кровь стучала в висках, дыхания не хватало, но мы всё-таки добрались до нужного, темнеющего окнами здания.

– Дальше… сама… сможешь? – прохрипел парень.

Я активно закивала.

– Тогда до… завтра, – Джим повернулся и бросился прочь.

Я же скользнула к двери, дёрнула за ручку и облегчённо выдохнула, когда эта самая дверь открылась.

Всё. Прошла. Отлично!

Но как бы не так.

Первый бесшумный шаг, второй… а потом под потолком вспыхнула тусклая лампа, и я увидела комендантшу, которая явно поджидала в засаде.

– Ещё одна, – сказала женщина с удовлетворённым ехидством.

На «протеже» я закашлялась. Как-как меня назвали?

А комендантша выпрямилась и объявила строго:

– Адептка Сонтор, это в первый и последний раз! В первую ночь мы всегда делаем послабление, но больше такого не будет. Двери нашего общежития запираются в одиннадцать часов вечера и открываются в шесть утра, и ни секундой раньше. Учтите это и ведите себя прилично!

– Да, конечно, – я покорно потупилась. Уши от этой отповеди вспыхнули. – Извините.

– Извиняю, – кивнула комендантша величаво. И отодвинулась, пропуская меня через холл.

Не успела я отойти, как свет погас, но через полминуты снова вспыхнул. Обернувшись, я обнаружила ещё двоих, угодивших в охотничьи силки девиц.

– Так-так-так, – начала комендантша знакомым тоном, а дальше я не слушала. Просто шмыгнула на лестницу и поспешила к себе.

Я ещё не знала, что мне придётся побороться с ушлым Жрецом за место в кровати, и что ночь, благодаря этой зубасто-когтистой скотинке пройдёт беспокойно. Что он будет лезть под одеяло в желании погреть свою лишённую меха шкурку, и всячески спихивать меня на край.

Уснула я поздно, а проснулась из-за наглющего кота рано. За окном ещё висела серая предрассветная дымка, а большой будильник, который догадалась положить в чемодан Филиния, показывали шесть тридцать утра.

Первая мысль – нужно почитать учебник по Истории магических искусств! Но пока я плескала водой в лицо, радуясь личной, отдельной ванной комнате, вспомнилось нечто другое, не менее важное.