Тук-тук-тук – стучит сердце, под крутящиеся софиты, что Саша чувствовал себя стробоскопом.

Тук-тук-тук-тук – стучит сердце, заглушая все мысли.

Любое прикосновение ощущается сильнее, любой звук – громче, любой жест – навязчивей, любая мысль – дерьмовая. Потому что мыслей нет. Есть только он и этот момент."

"Просыпается Саша уже в своей квартире, на своей кровати, где еще мирно и тихо спит та, ради которой он разрушил все, что строил в своей голове годами. Всего лишь одной кнопкой delete.

Он помнит, как дико и напористо они целовались у стены в клубе, где туда и обратно проходили такие же обезумевшие люди.

Дико и по-животному, перекрикивая своими стонами гул. Как раздевал ее на пороге своей квартиры, как безжалостно разорвал ее белье, которое до сих пор валяется где-то в коридоре. Как нагнул ее прям там в прихожей и оттрахал, как помешанный безумец. Как срывало крышу, какая она влажная для него и как стонала, от жесткого и властного проникновения, от твердых и уверенных движений его рук, от пошлых шлепков биения их тел. Его наваждение, его страсть, его боль. Теперь его.

Прим. автора: Согласно Федерального закона ""О наркотических средствах и психотропных веществах"" от 08.

01.1998 N 3-ФЗ продажа и оборот наркотических средств, психотропных веществ запрещены.

Глава 22

Звонок в дверь заставил Ярского отвлечься от работы и открыть дверь, в которую уже не звонили, а настойчиво стучали.

– Собирайся! – безапелляционно заявил Рома.

– Зачем? Мне и дома неплохо… – с неохотой ответил Саша, но впустил друга.

– А будет еще лучше. Давай, давай, Сань. Девочки ждать не будут, – подгоняет Рома.

– Какие еще нахрен девочки?

– Хорошенькие такие, милые. Блондинка и рыженькая.

– Не люблю блондинок…

– Хорошо, возьмешь рыженькую! Такси внизу, Сань.

– Ром, давай без меня. Настроения нет…– и опять утыкается в свой Мас, как бы говоря, что разговор закончен, но видно забыл, что это Рома, его лучший друг, который просто так от него ну просто не может отстать – в беде друга нельзя оставлять!

– Тогда мы к тебе поднимаемся, – и разворачивается, чтобы уйти.

– Разбежался! Я в прошлый раз после тебя все постельное белье выкинул. Оставил, называется, другу ключи, пока меня не было.

– Сань, – уже серьезнее произнес Рома, – я не знаю, что у тебя произошло с этой Полиной, но по твоему виду скажу, что ничего хорошего.

Не дала, да? – уже в шутку спросил Рома. – Тогда быстро член в трусы, ноги в брюки и вперед покорять вершины. Ну или вершинку, – ухмыляется Рома.

– Куда хоть едем? – через пару минут спросил Саша, направляясь в гардеробную.

– Ольшанский новый клуб открыл. Вход пока по спец-пропускам. Тестирует там что-то, – рассказывает Рома, пока ожидает в коридоре своего друга.

– Бл*ть, опять клуб. За*бался, честно говоря.