Так, что ткань врезается в меня.

Я громко выдыхаю и прикусываю губу.

— Успокойся, — шепчет он, продолжая водить пальцами. — Все хорошо. Я с тобой. А сейчас будет еще лучше. Помнишь мои ласки?

Прикусывает мочку уха и чуть отводит трусики в сторону.

Я стону, когда пальцы касаются теперь уже нежной кожи. И опять тихий смешок в ухо.

— Помнишь.

И я уже не противлюсь тому, что происходит сейчас здесь. У меня нет ни моральных, ни физических сил. Наверное, мне даже нужно это. Поэтому отпускаю себя и откидываюсь на него, закрыв глаза.

— Сладкая моя, — последнее, что я слышу.

Глава 11. Давид

Руки чувствуют знакомое тепло. Носом втягиваю знакомый запах.

Мне так хочется прижать ее к себе. Сдавить со всей силы, стиснуть.

Она еще брыкается какое-то время, но потом и ее отпускает. Тело становится податливым, мягким. Таким родным.

Я касаюсь ее губ. Сладких, влажных губ. И не могу оторваться. Хочу слышать ее стоны и всхлипы, но и отпустить эти теплые, нежные губы не могу.

— Сладкая моя, — шепчу ей в губы и, прикусив, чуть оттягиваю губу.

Оослабляю хватку, чувствуя, что она уже не сопротивляется, а пальцы уже вовсю ласкают ее нежные складочки.

Забираясь все глубже. Вспоминая ее. Такая маленькая. Такая нежная. И такая сладкая.

Чуть отстраняю ее и стягиваю брюки. Быстро снимаю с себя майку.

— Давид, — чуть слышно стонет она.

— Тшшш, — опять прижимаю к себе и сразу же возвращаю пальцы в трусики. — Дай я поласкаю тебя, зайка. Успокою тебя. Маленькая моя. Столько всего произошло. Но все будет хорошо.

Каждое произнесенное слово я сопровождаю все более настойчивыми ласками. Вижу, как откликается ее тело. Двигается навстречу моим пальцам.

Я просовываю в нее сначала один палец и вокруг него сразу же все сжимается.

Отвыкла, девочка. Зато как там, наверное, узко опять. Черт.

Рукой еще плотнее прижимаю ее к себе. Так, чтобы в попу упирался возбужденный член, скованный пока одеждой.

Так уже лучше. Я делаю пару несильных движений бедрами. Просто чтобы унять немного возбуждение. Трусь об ее попку, чуть глубже проталкивая в нее палец.

Там, внутри, становится влажно. Горячо и влажно. Улыбаюсь. Василиса все такая же горячая, такая отзывчивая. Вынимаю палец и она, как мне кажется, разочарованно выдыхает. Но я сразу же ввожу уже два пальца.

Она тихонько ойкает.

Как же там туго! Я медленными движениями двигаюсь в ней. Мне хочется, чтобы она тоже захотела этой близости.

Сейчас ее тело такое безвольное, что я могу запросто развернуть ее и трахнуть. Трахнуть так, как хочу я. И она примет это.

Но я не хочу так. Хочу, чтобы она опять стонала подо мной. Я же помню, как она это делает.

Разворачиваю ее и кладу на спину. Одной рукой облокачиваюсь сбоку, а второй продолжаю растягивать ее."

"Василиса лежит, закрыв глаза и прикусив губу.