Еще немного откровенных ласк, касаний, я чувствовала под собой его тело, потом Тимофей мягко перекатился, поменял нас местами и оказался сверху.

Он навис надо мной, его зрачки стали расширенными, заняли почти всю радужку. Губы Тимофея коснулись моей шеи, немного царапая щетиной. Он коснулся моих бедер уверенно. Глубокий вдох-выдох, последний рубеж. На моих глазаха появились слезинки и повисли на ресницах от того, как это было хорошо. О боже… Я вцепилась в плечи Тимофея, неосознанно расчесывая их ногтями до крови, отдавалась ему с удовольствием…

Сладкая пытка, максимальная близость. Мы сплелись руками и ногами, не переставая целоваться и признаваться о том, как это хорошо…

***

Безумная, жаркая ночь. Полная удовольствия, приятных слов, комплиментов.

Я купалась в признаниях, чувствовала себя красивой и желанной.

Ни о чем плохом не думала, просто наслаждалась Тимофеем, его мужественностью и близостью. Он был умелым, внимательным любовником.

Не знаю, как много было раз, я запуталась вести счет. Разве можно разделить эту ночь на отрезки, когда вся ночь была одним большим актом любви?

Как же хорошо, боже…

Я заснула на его плече, в крепких мужских объятиях.

Спала крепко-крепко, но проснулась одна.

В номере пусто.

Моя одежда аккуратно висит на спинке стула.

Поначалу – паника, но потом я вспоминаю слова Тимофея о раннем рейсе.

Было бы глупо надеяться, что он останется, но в глубине души я именно этого и ждала.

***

Мне подали завтрак и цветы.

Знак внимания от Тимофея…

Номер оплачен. Можно выехать до обеда и никуда не спешить.

Я возвращалась в дом родителей в приподнятом настроении, витала в облаках, не сразу заметила машину, припаркованную в нескольких метрах от дома.

Незнакомая, с местными номерами. Может быть, машина соседей?

Но как только я поравнялась с калиткой, дверь машины распахнулась и из салона вылетел взбудораженный муж.

Он подлетел ко мне. Я толкнула калитку.

Замок, как назло, заело. Не успела открыть и войти. Скрыться за забором не удалось, я оказалась прижатой к калитке телом Славы. От мужа пахло спиртным.

– Я прилетел к тебе с цветами, но не нашел тебя у родителей! Где ты была этой ночью?! – требовательно спросил он.

– Слава?

– Он самый. Не ждала… Любимая? – почти выплюнул это слово.

Муж карикатурно расшаркался, оскалился.

У него был помятый, взбудораженный вид. Вид человека, который не высыпается, взвинчен и немного пьян.

– Что ты здесь делаешь?

– Приехал за женой, очевидно. Имею на это полное право. Я так и думал, что ты прибежишь плакаться на меня своим родителям. Какой плохой у тебя муж! Зарабатывает миллионы, содержит семью, строит дом для большой семьи… – вырвалось у него изо рта.

– Строишь дом? – не поверила я.

– Да! – сказал Слава и выматерился. – Дом строю. Представь! Закончим к весне.