Не одна я не нахожу себе места.

В тишине, наступившей после гневного всплеска Фаренджера, мы услышали утробное рычание. Это дала о себе знать призрачная гончая, на которую никто не обращал внимания.

Тофинбейл уставился на нее как знак Высших сил.

– Чей питомец? – хрипло спросил мэтр.

– Мой, – призналась я.

– Ты в курсе, кто это, Бранхерст? – по старинке обратился он ко мне.

– Полагаю, что да, – я была растеряна. Какое значение сейчас имеет воплощение Вингфолда? Есть проблемы посерьёзнее, не так ли?

– Какой у тебя потенциал новой силы? – продолжал допытываться Тофинбейл, и до меня начало доходить. В памяти всплывали обрывки из дневника.

– Я не знаю. Кажется, что много, но мне не с чем сравнить. Смотрите сами.

Главный королевский маг прищурился на меня, изучая магическим взглядом. Холод в груди усиливался. Внутри все натянулось как струна. Хоть бы мэтр был прав. Силы Небесные, пожалуйста!

И все оборвалось, когда Тофинбейл разочаровано надавил на переносицу:

– Недостаточно. Только половина.

Меня озарило будто вспышкой.

– Подождите! – я лихорадочно расстегивала верхние пуговицы рубашки. – У меня есть это! Этого хватит!

И я предъявила ожерелье Каэллы, сияющее избытками магии. Моей и Эдуарда.

– Да, – выдохнул старик. – Да. Впритык.

– Амелия… – позвал Эдгар, и я оглянулась на него.

Принц гипнотизировал что-то в моем вороте, и я с запозданием вспомнила, что там остались следы поцелуев Эдуарда, которые я по сентиментальным причинам не убрала.

– Ты… – его высочество горько вздохнул, – … отдала ему свое сердце?

– Прости, – я опустила глаза. – Оно всегда принадлежало ему одному.

Драматическую неловкость нарушила молчавшая все это время Аделина:

– Что значит, впритык? – она без всякого пиетета сверила глазами Тофинбейла.

– Это значит, что, если ей не хватит сил, пострадает она сама.

– Выгорит? – допытывалась Дель.

– Если повезет. Если нет, то…

Колючие мурашки пробежали у меня вдоль позвоночника. Кажется, мне придется еще раз рискнуть и испытать то, что я пережила в «Сердце Вингфолда».

Я никогда не верила в предопределенность, но вдруг этот дар мне был дан только для того, чтобы я спасла Эдуарда?

Разумеется, мне было страшно. Я всего лишь леди высшего света, не более того.

Но отказаться от этой попытки?

Это немыслимо.

Подруга, знавшая меня много лет, уловила мой настрой.

– Я не думаю, что твой отец согласится с таким раскладом, – нахмурилась она.

– Уверена в этом, – кивнула я. – Но мы же ему не скажем, правда?

Глава 89"

"Я стояла у окна, обхватив себя руками, и некому было одернуть меня, чтобы не сутулилась. Как сообщила мне леди Имоджин, отец отправил маму в городской дом, несмотря на ее горячее нежелание покидать его.

Дель дала слово, что не выдаст меня отцу, хотя в ее глазах я видела осуждение.