Я с интересом посмотрела на зверюгу.

Перед глазами вспыхнула бледно фраза: «Поторопимся», и по шкуре пробежали сверкающие искорки.

Ого! Так это ты?

Ехидный взгляд громадной гончей сказал, что она очень рада, что до меня наконец дошло.

Что ж.

Я поднялась и прошла к гардеробу.

Леди Аддингтон, возможно, осталась бы в королевской спальне, но сегодня я – Амелия Бранхерст.

Глава 84

Гардеробная его величества изрядно опечалила меня отсутствием платьев и каких бы то ни было дамских вещичек.

Очень непредусмотрительно со стороны Эдуарда с его тягой к порче чужой одежды.

Огорчала и имеющаяся одежда: подворачивать брюки было бесполезно, а рубашки напоминали саван с рукавами, мотающимися почти до колен.

С одной стороны, теперь у меня есть выбор: или отправляться в покрывале и опозориться, или надеть королевский наряд и все равно опозориться.

Гончая за спиной сопела, как мой отец в ожидании маминых сборов, и поблескивала на меня глазами весьма выразительно.

– Да тороплюсь я, тороплюсь, – ворчала я, роясь в вешалках. – Я же не к цвету придираюсь…

Спусти некоторое время мне наконец повезло.

В самой глубине обнаружились давнишние подарки от всевозможных посольств. Точнее те из них, которым не нашлось место в сокровищнице, погребе или на конюшне.

Мне, разумеется, сразу понравилась шуба явно родом из северной Хвиссинской провинции, но, увы, грабить короля нужно было на что-то более практичное.

Мой выбор остановился на лидванском костюме по моде семилетней давности с национальным золотым шитьем. Подарок вызвал у меня удивление: даже в те времена он определенно жал бы Эдуарду в плечах и не только… Однако расшит драгоценностями китель был щедро, жаль, что придется ограничиться брюками и рубашкой – руки таки и чесали наколупать драгоценных камней для Алисии.

– Отвернись, – скомандовала я гончей.

Зверюга оскалилась, и у меня перед глазами появился панорамный вид всех королевских покоев.

Ясно.

– Тогда закрой глаза! – потребовала я. – Дворец ты там или нет, но ты явно не девочка."

"Перед глазами тут же возникла другая картина. Совсем неприличная, демонстрировавшая, что кое-кто точно знал, чем мы с королем занимались в его покоях. Это явно был намек на то, что мне гончую удивить нечем.

Теперь настала моя очередь сопеть.

Не выдержав мой укоризненный взгляд, тварь демонстративно развернулась ко мне спиной и уселась на призрачный зад, и я, отбросив покрывало, быстро облачилась в честно уворованное. Эх, где мой пажеский костюмчик… Ну не будем привередничать.

Вернувшись в спальню, я принялась завязывать ленты на туфлях и оглядываться в поисках выхода из заточения. Внезапно мое внимание привлекла когтистая лапа, наступившая на ком тряпья, еще вчера гордо называвшегося бальным платьем.