Со смехом и шелестом тканей вплыли несколько фрейлин, две из которых, прикрывшись одним веером перешептывались о чем-то, отчего чуть не наступили одной из собак на лапу. Из-за этого поднялся еще больший гвалт, но он стих чудесным образом, когда в гостиную вступила королева, и замыкающие шествие фрейлины закрывали за ней двери уже в тишине.

– Рада вас видеть, леди Аддингтон, – ее величество благосклонно кивнула мне, подскочившей со своего места и опустившейся в реверансе. – Имоджин, ты уже распорядилась насчет чая?

У Эслинн все еще сохранился небольшой акцент, присущий выходцам из Каризидии, отчего даже беглая ее речь была плавной.

– Разумеется, ваше величество, все готово, – отозвалась статс-дама, пристраивая недочитанную тетрадь на бюро позади себя.

– Тогда, я приглашаю присоединиться ко мне леди Аддингтон, леди Имоджин и леди Цирцею. Остальные дамы могут распорядиться временем по своему усмотрению.

Замеченная мною краем глаза леди Фамора поджала губы. Никак она не рассчитывала, что останется за дверями. Впрочем, выбор ее величества был мне понятен. Лишь леди Цирцея из всех фрейлин имела репутацию несплетницы.

Мне снова стало неуютно.

В прошлый раз девиц, не умеющих держать рот на замке, Эслинн с чаепития не выставляла. Стало быть, раз сегодня все будет иначе, значит, разговоры будут не совсем праздными."

"Еще раз исполнив реверанс, я последовала за королевой в соседнюю комнату, где нас уже ждал накрытый к чаю стол. Но после того, как леди Цирцея не присоединилась к нам, а осталась на изящном пуфе возле закрытой двери и демонстративно принялась за дожидавшееся ее вязание, не обращая на титулованную компанию никакого внимания, мне окончательно стало не до угощения.

Ни воздушные меренги, ни медовые шарики, ни божественные пирожные «Королевский голубь» меня не радовали.

– Ну что же вы, леди Аддингтон, садитесь, – ее величество уже заняла место за круглым столиком. – Имоджин, доверяю тебе похозяйничать.

Не бежать же с воплями из комнаты? Подобравшись внутренне, я устроилась на свободном стуле и только после этого решилась посмотреть на королеву.

Черные блестящие волосы собраны в высокую прическу, украшенную живыми цветами и таинственно мерцающим в темных волосах жемчугом. Внимательный взгляд миндалевидных глаз в обрамлении пушистых ресниц был открытым и доброжелательным. Оба сына весьма походили на мать, особенно старший. И сейчас мне казалось, что я смотрю в глаза Эдуарда, которому достался экзотический коризидийский разрез.

– Позвольте поблагодарить вас за приглашение, ваше величество, – опомнилась я.

Леди Имоджин, разливающая чай, хмыкнула.