— Зато дети сыты, одеты, обуты и у них есть надежда на будущее. Думаю, трактир даст достаточно, чтобы я сумела их выучить и дать профессию, которая позволит заработать.

— Трактир на Коротком тракте? Это “Медвежий угол”, верно? Сегодня один из моих людей ночевал у вас. А вернулся порталом. Голый, весь чешется. Сказал что-то про сумасшедшую трактирщицу и полоумную девицу.

— Ненавижу насильников. И терпеть приставания к девчонкам не стану. Ему повезло, что я устала и плохо соображала, под руку попалась кусачая крапива, а не острый нож. В ином случае со своим достоинством ему пришлось бы попрощаться.

— Попрощается, — совершенно серьезно пообещала Паучиха. — Подождите здесь.

Я осталась стоять, а она развернулась и вышла из комнаты. Из коридора послышалось только три слова: “Найти и наказать.”

А потом удаляющиеся шаги. Вернулась королева преступного мира с объемной дамской сумкой.

— Пересчитаете? — Спросила она, поставив сумку между нами.

— Деньги любят ласковую руку.

Я действительно перечитала всю сумму, но денег оказалось даже больше, чем должно быть, и я отделила излишек от нужной суммы. Свое сложила обратно в сумку, оставив чужое хозяйке.

— Вы слишком богаты, раз отказываетесь от денег?

— Мне достаточно денег, чтобы заработать ещё, — я улыбнулась. — А эти вы потратите на лечение того мужчины.

— Некого лечить, — Паучиха усмехнулась. — У нас свои правила, лина Хельда. Он их знал, осознанно пошёл на нарушение, причём не в первый раз. Мне такие люди не нужны. Но отпустить его я не могу, слишком много знает. Я бы его все равно убрала в ближайшие дни, так что винить себя вам точно не имеет смысла.

— Не думала, что у преступников есть какие-то правила.

— Есть. Иначе в мире был бы полный разгул безнаказанности. Просто эти правила едины лишь в своей основе, а остальное каждый устанавливает сам. Я запретила насилие ради удовольствия, в том числе и изнасилования. Поверьте, я знаю, что чувствует жертва, знаю, как тяжело потом собрать себя по кусочкам. Так что запрет оправдан. Хочешь воровать? Воруй. Но так, чтобы не причинять никому лишнего вреда. Хочешь убивать? Убивай тех, на кого я укажу, но ни человеком больше. Все просто.

— А вы этих правил придерживаетесь?

— Разумеется, — преступница кивнула.

— Правила едины для всех, кто живёт на моей земле. А деньги возьмите. Считайте благотворительным взносом на развитие вашего приюта.

Я задумалась на секунду, совесть и разум боролись. Взять деньги, которые у кого-то украли? С одной стороны - это грязные деньги. С другой - мои в таком случае тоже грязные, но их же я не оставлю здесь? К тому же, я их действительно собираюсь не на себя тратить!

В конце концов, деньги взяла, но пообещала себе использовать их только в самом крайнем случае.