— Но она же на древнем языке? Как вы вообще поняли, что здесь написано?

— Мама переводила. Над строками есть перевод, я только поэтому в неё когда-то и полезла, что было интересно, какой у мамы почерк.

— Лина Хельда, книги на древнем языке стоят огромных денег. Я не могу принять этот подарок!

— Считайте это моей благодарностью за помощь. Нам эта книга ни к чему, она даже не до конца переведена, а продать экземпляр с комментариями мамы я никогда не смогу. Ей почему-то было интересно и важно заниматься исследованиями вопроса парности, так что было бы здорово, если кто-то продолжит работу в данном направлении, и её труды принесут плоды.

— У нас про Вернеда Шаоасура остались только легенды, не думал, что когда-нибудь буду держать в руках свидетельство его существования, труд всей его жизни, — пробормотал Биторого, очень аккуратно прижимая книгу к себе. — Спасибо.

—У книги была другая обложка, кто-то намеренно скрыл имя автора. Но дальше в тексте оно попадается несколько раз. Так что мама приказала сделать правдивую обложку.

Оборотень кивнул, все ещё пребывая в каком-то трансе.

А мы перешли к разбору моего сейфа. Тут тоже лежали книги. Но не так много, всего десяток, но именно те, которые стоили дороже всего - с драгоценными камнями в корешках, они скорее были выставочными экспонатами, чем действительно книгами. Рукописные, древние сборники легенд народов мира. Отцовская коллекция. Ему не хватало только третьего тома, остальные четыре собрал. Он говорил, что вместе продаст их в сотню раз дороже. Имена потенциальных покупателей были записаны в дневнике, обведены в рамочку и выделены цветом на отдельной странице. Именно эти книги он как-то после очередного стакана коньяка назвал своим главным богатством.

— Надо же, а я и забыла об их существовании.

— Я так и понял. А между тем, они не значились в перечне имущества, которое лин Беринский завещал Виктору, — проворчал Руфус. — Книг там вообще не было, так что они по сути принадлежат вам.

— С чего вдруг?

— Имущество вне списка наследства переходит наследнику титула. Лин Саливан сказал, что теоретически можно отсудить вообще все, что не указано в списке, включая столовое серебро и ночные горшки. Претендент есть. Но проблема в том, что судебная тяжба будет идти несколько лет...

— Это нецелесообразно, — я хмыкнула. — Самое дорогое вы уже увезли. А уж без столового серебра и ночных горшков я как-нибудь проживу.

— Учитывая, что каждая комната в вашем трактире оборудована ванной и унитазом...

— А здесь, в приюте есть ещё и купальни на цокольном этаже, — я хмыкнула. — Вы выбрали себе комнату?

Пока Нэди и Руфус шутливо спорили, кто из них будет жить в комнате у лестницы, я продолжила разбирать сейф.