Одни в одёжке поприличнее, другие прямо в рабочей робе - латанной перелатанной, выцветшей, застиранной и насквозь изъеденной пОтом. Шел среди путейцев и бывший сержант разведки Курочкин, он затягивался крепким дымком дешёвой папиросы, в разговорах коллег-грузчиков не участвовал, шагал молча, глядел под ноги и вспоминал недавнюю встречу со своим боевым командиром. Проводив дорогого гостя в остывшую баню он больше не пошел сержант не удержался опрокинул в себя остатки водки а после долго сидел на крыльце глядел звёздное сентябрьское небо и смахивался щеки предательскую слезу военной разведки Курочкину порой приходилось тяжко настолько, что он проклинал два дня из своей недолгой жизни.
Этот мужик трижды был ранен, десятки раз ходил за линию фронта. Однажды зимой провалился под лёд и с сильнейшим воспалением лёгких попал в госпиталь, где несколько суток провёл в бреду. Да ни счесть сколько раз смерть обдавала его своим ледяным дыханием. И всё таки Курочкин с теплотой вспоминал службу в роте майора Василькова.
В декабре 1943 года полк, к которому была приписана разведрота Александра Ивановича, стоял на западе Брянской области. Командование армии готовилось к освобождению Белоруссии, и конечно же, нуждалась в самых свежих и точных сведений о противнике. Шестого декабря командир роты разведчиков получил приказ - скрытно пересечь линию фронта и приступить к выполнению задания по сбору информации."
"Васильков взял с собой пять человек, отправился в тыл к немцам и в течение четырех суток вёл наблюдение за передвижением воинских частей вермахта.
Дерзкие действия разведчиков вывели из себя немецкое командование и за группой началась настоящая охота.


















Комментарии
Добавить комментарий