Оставшиеся зеленые камни падают в аквариум, и я наблюдаю, как они слегка всплескивают, а затем оседают рядом с остальными.

— Кажется, у меня начинает болеть голова, — говорю я, не глядя на Тару. — Пойду наверх, чтобы немного отдохнуть.

— Не расстраивайся из-за рыбы. Такое случается.

— Я знаю.

Дойдя до нашей спальни, я сразу же иду к комоду, беру вазу со ""стеклянными кристаллами"", которую мне подарил Драго, и присаживаюсь на край кровати. Десятки разноцветных камней рассыпаются по покрывалу, когда я наклоняю вазу. Я отодвигаю ручки в сторону и беру ближайший камень. Он огненно-красный, имеет форму овала с множеством граней, отражающих свет, льющийся через окно. Скорее всего, это рубин.

Среди других камней есть еще несколько красных, разных оттенков. Я не очень разбираюсь в драгоценных камнях, но, судя по цветам, здесь есть и сапфиры, и аметисты, и многие другие, которые я не узнаю.

— Вот глупый, — задыхаюсь я, собирая камни в вазу.

Вернув ""держатель для ручек"" на комод, я подхожу к шкафу, достаю блокнот из тайника между свитерами и беру ручку из ящика тумбочки.

У Джорджины был секрет, — пишу я, и рука моя слегка дрожит. Огромный, ужасный секрет. Он был настолько плох, что она скорее умерла бы, чем призналась в нем кому-либо. Особенно самой себе. Она влюбилась в своего ворчливого человека-волка.

Дверь в мой кабинет открывается, и внутрь входит невысокий, почти исхудавший человек в темно-сером костюме-тройке. Его белые волосы зачесаны назад, контрастируя с густыми черными бровями, виднеющимися над черной оправой очков.

— Мистер Дюбуа. — Я указываю на стул, стоящий по другую сторону моего стола.

Когда француз садится, я достаю из ящика большую бархатную коробочку и ставлю ее перед ним.

Большинство ювелиров приобретают драгоценные камни исключительно у проверенных людях, поскольку хотят быть уверенными в подлинности камней, поставляя своим клиентам сертифицированную продукцию. Однако некоторых покупателей не интересует бумажная волокита. Им нужны только лучшие камни. Мистер Дюбуа работает именно с такой клиентурой. Арабские принцы. Бизнес-магнаты. Олигархи со всего мира. Им наплевать на сертификаты, лишь бы их жены или любовницы могли носить самое дорогое украшение в комнате.

— Это не то, о чем мы договаривались, мистер Попов, — говорит Дюбуа.

— Я знаю.

Он снимает очки и указывает ими на шкатулку.

— Принц Саид очень четко сформулировал свою просьбу. Изумруды, а не сапфиры.

— Боюсь, что изумруды больше не доступны. Сапфиры, которые я предлагаю, стоят на 20 процентов дороже, — говорю я и достаю ящик. — И у меня есть подарок, в качестве извинения.

— Его Высочество специально попросил изумруды.