Отпечатков пальцев на нем не нашли, кроме моих следов на внутренней части спусковой скобы. Так как пистолет с места происшествия забрал я, то мои отпечатки пальцев вопросов не вызвали. Оперативник в гражданской одежде потребовал открыть подсобное помещение, но грязный мешок проверять не стал. Ночью я выбросил мешок в окно на автомобильную стоянку около офисного центра, спустился, переложил мешок в багажник своего автомобиля. Утром, сдав смену, поехал домой. На пустыре за строящимся зданием по улице Черняховского открыл багажник, достал из него куртку, перчатки и смартфон.

Куртку я выбросил в один мусорный контейнер, перчатки – в другой. Смартфон раздавил ногой и выкинул из окна автомобиля по дороге. Вечером я запаковал портрет в кейс из-под автомобильной аптечки. На другой день кейс я оставил на хранение в гараже у моего знакомого. Разбившийся при падении ноутбук спрятал в своем гараже, думал, когда все уляжется, продать на запчасти. После 30 мая “Мамедов” на связь не выходил, хотя должен был написать сообщение 2–3 июня. Больше мне по существу дела сообщить нечего. "

"Вопрос следователя: “Если “Мамедов” мог отозвать чек из клиники до совершения преступления, то почему он не мог сделать это после? Почему вы были так уверены, что он вас не обманет?”

Ответ Морозова: “Меня, честно говоря, сбили с толку наличные евро. Если неизвестный человек с легкостью, без всяких гарантий, подарил 5 000 евро, то почему он должен был обмануть меня в дальнейшем?”

Вопрос следователя: “Как вы должны были передать портрет “Мамедову”? Передача должна была состояться из рук в руки или бесконтактным способом?”

Ответ Морозова: “О схеме передачи портрета я должен был получить отдельное сообщение”.

Вопрос следователя: “Давайте уточним: зачем вы похитили ноутбук?”

Ответ Морозова: “Это было требование “Мамедова”. Он сообщил, что на этом ноутбуке будет информация, которая должна быть уничтожена. “Мамедов” велел разбить ноутбук вдребезги, но я решил оставить его на всякий случай. Наверное, у меня просто рука не поднялась выбросить хорошую вещь”.

Допрос окончен. Подписи следователя, адвоката и обвиняемого».

Справка:

«Оперативным составом городского УВД отработаны пункты международных сетей получения-отправки корреспонденции и посылок. В 2014 году ни писем, ни бандеролей на имя Морозова А. П. или на адрес его местожительства не поступало».

Справка:

«Департаментом международного сотрудничества МВД России сделан запрос по линии Интерпола в компетентные органы ФРГ о получении указанной клиникой чека на лечение дочери Морозова. В получении ответа отказано».