К назначенному месту вместо себя он отправил помощника. Невысокого, худощавого и очень серьезного паренька:

— Андрей Витальевич, — представился он, — можно просто Андрей.

Парнишка был так непростительно молод, что я невольно прозвала его про себя «Андрюшей».

Встречались мы в холле гостиницы, где произошло убийство Якова Семеновича Коваленко. Я чувствовала себя неуютно, Андрюша выглядел тоже не убедительно, в своей стихии пребывал только администратор, сопровождающий нас до нужных апартаментов. Он оставил ключи на пластмассовой бомбочке с вензелем из трех цифр, с едва заметной усмешкой, пожелал успехов и быстро потопал по длинному, укрытому ковровой дорожкой коридору.

— Константин Федорович очень занят сегодня, — прежде чем приступить к рассказу, оправдал коллегу Андрюша, — но я работал вместе с ним, так что смогу ответить на все ваши вопросы.

Мир мужчин-профессионалов категорически отвергал женщин-сыскарей.

«Интересно, в каком качестве им была рекомендована Софья Николаевна?» — подумала я, но спрашивать не стала, так как сама не любила пустой болтовни и сразу приступила к делу:

— Расскажите, пожалуйста, по порядку обо всем, что здесь произошло.

Андрюша достал блокнот и, сверяясь с записями, начал:

— Коваленко поселился в этом номере одиннадцатого апреля. — Мы бродили по просторному двухкомнатному номеру люкс, состоявшему из спальни и гостиной-кабинета. Спальня меня интересовала мало, а вот комната с письменным столом и комплектом мягкой мебели, расставленной вокруг низкого овального столика, требовала самого внимательного отношения. Как обмолвился раньше Туполев, тело Якова Семеновича было обнаружено именно здесь — в кресле за письменным столом. — Труп приятеля обнаружил Михаил Петрович Кутепов, явившийся сюда ровно в 18:00, по предварительной договоренности.

— Он не опоздал? — я ходила по комнате, шевелила гардины и чувствовала себя ищейкой, принюхивающейся к старым следам.

— Нет. Он пришел минута в минуту. Медэксперт сказал, что убийство произошло примерно в это время, по словам самого Кутепова, когда он вошел в номер, кровь, еще пульсируя, вытекала из ран на голове. Когда Михаил Петрович вошел, вероятно, Коваленко был еще жив.

— Он успел что-то сказать? — быстро спросила я.

— Нет. Точнее, врядли. Оба выстрела были произведены в голову, лицевые нервы сильно повреждены, так что при всем желании Яков Семенович не смог бы произнести ничего членораздельного.

— Убийцу кто-нибудь видел? Точнее, кто-нибудь заметил какое-либо подозрительное лицо?

— Нет.

— В гостинице ведется видеонаблюдение?

— Только в холле на первом этаже. На остальных этажах, нет."

"— Запись видеонаблюдения что-нибудь дала?

— Нет.