Потом на спину перевернулся и потянулся за сигаретами.

— Ген.

Он не ответил, только зажигалкой щёлкнул, и я пару секунд разглядывала его лицо, освещённое жёлтым пламенем.

— Я в Париж еду, — вроде бы похвастала я, правда, с ноткой грусти.

Завьялов хмыкнул.

— Поздравляю.

Я отвернулась от него и снова на окно уставилась, до рези в глазах.

— С Никитой.

— Ещё раз поздравляю. А кто это?

Я только головой покачала, поражаясь фальши, которая иногда вылезала из него в таком количестве, и которой он даже не стесняется. Волосы упали мне на лицо, и я их смахнула нетерпеливым жестом.

— Ты знаешь.

— Не помню.

Я зажмурилась на секунду. И предложила, понимая, что он откажется:

— Хочешь, я останусь?

Он сел и спиной к спинке кровати привалился. Глубоко затянулся и выпустил дым вверх, к потолку.

— С ума сошла? Париж ведь.

Я снова на него оглянулась.

— Я в последний раз предлагаю, Завьялов. Скажешь ""нет"", и всё кончится, на этот раз нав…

— Нет. Нет, Вась. Поезжай в свой Париж, и не трепли мне нервы.

Хоть и знала, что он специально пытается меня обидеть, мне всё равно обидно стало. До слёз.

— Я больше не приду."

"На это я никакой реакции не дождалась, замерла в напряжённой позе, а когда поняла, что и в этот раз всё бесполезно, вдруг рассмеялась.

Над самой собой смеялась, над той доверчивостью и глупостью, которые, не смотря на все усилия Завьялова, жили во мне все эти годы. Испугалась, голову руками обхватила и заставила себя остановиться. Вот только истерики не хватало.

— А действительно, чего я перед тобой оправдываюсь? Всё выпрашиваю чего-то, вымаливаю. Что я, себя не люблю? — Я ноги с кровати спустила, нагнулась за халатом, который на полу валялся. Хотела сразу на себя накинуть, а потом передумала.

Поднялась, медленно выпрямилась, и даже повернулась к Завьялову. Словно призывала его к тому, чтобы он посмотрел внимательно и запомнил, волосы за спину откинула. — Ты просто дурак, — сказала я ему. — Ты не мне, ты себе не веришь, Ген. Наверное, я зря столько раз говорила, что люблю тебя. Повторяла, повторяла. Всё надеялась, что ты поверишь и хоть что-то сделаешь. А ты трус. Ты боишься поверить. — Халат я всё-таки надела и туго затянула пояс. — Ты всё за меня решил, ни одного шанса мне не оставил.

Завьялов взглянул на меня.

— Шанса на что? Выйти за меня замуж? Вась, не смеши людей.

— Я, правда, этого хотела.

— Верю. Верю. — Он в последний раз затянулся, а потом зло затушил сигарету. — Тебе было девятнадцать, и ты вдруг поняла, что замуж за меня хочешь! — Генка в грудь себя ударил, усмехнувшись. — За меня.

Я нервно облизала губы.

— За тебя, — очень тихо сказала я. Я постояла перед ним, чувствуя себя потерянной и несчастной, а потом на кровать снова присела, повернувшись к Генке спиной. Усмехнулась, вспоминая о прошлом.