В какой-то момент мне показалось, что он меня не слушает, ест и глаз от тарелки почти не поднимает, это было обидно, я замолчала, но в следующую секунду Завьялов на меня посмотрел, и сказал:

— Вась, ну что тебе дался этот ботаник? Другого нету, что ли?

— Так нету, Гена, — удивилась я его непонятливости. — В том-то и дело, что нет никого.

Он усмехнулся, не поверив, и головой покачал.

— Ты сама себе придумываешь проблемы. Найди себе парня… Нормального. Который не будет таскать тебя на студенческие сборища. Который будет знать, что твоё место здесь. — Генка огляделся. — То есть, не конкретно здесь, конечно. В общем, ты поняла.

Я грустно кивнула.

— Поняла. Поняла… Вот только были у меня такие, которые понимали. И по ресторанам водили, в мои семнадцать. Ты же знаешь. Вот только тех, кто понимал и водил, интересовал, в первую очередь, мой отец, а потом моя внешность. Не я. — Я снова взяла бокал с вином и сделала глоток. — Я думала, что с Лёшкой всё будет по-другому. Ведь его мой отец точно не интересует. Вот только оказалось, что… Я его тоже не интересую. Такая, как есть.

— Он просто тебя не потянет, и это понимает.

— Он нормальный парень, Гена. Самый нормальный из всех, кого я знала. Я думала, что с ним всё будет по-другому.

— Осчастливить его хотела?

Я посмотрела ему в лицо.

— Мне не нравится твоя ухмылка.

— Уж какая есть.

— Ты смеёшься надо мной, — пожаловалась я.

— Вась, тебе восемнадцать лет.

— С половиной!

— Колоссальная разница, я бы сказал. — Он мясо доел и выпил вина. А на меня смотрел пытливо, неожиданно для самого себя заинтересовавшись моими проблемами. — Он тебе не пара, вот и весь вопрос. Кто он такой? Никто. Пшик.

Я непонимающе сдвинула брови и прищурилась, потому что никак не могла сфокусировать взгляд на физиономии Завьялова.

— Пшик? Он не пшик. Да он чем только не занимается! И бегом, и КВНом, и статьи в институтскую газету пишет!

— В каждой бочке затычке, — констатировал Генка и вино допил. А после поинтересовался: — Ты чего не ешь? Опьянеть хочешь?

— Не хочу. — Вилку взяла и салат поковыряла.

— Из таких общественников, обычно ничего путного не получается. Делом надо заниматься. Одним делом, понимаешь? А не скакать, как блоха… Вась, ты представь, что с ним будет через несколько лет. Ну, закончит он свой институт, и что, куда?

— Он журналистом будет.

— Ага, будет. В местной газетёнке некрологи клепать или местную власть обличать. А ты дальше пойдёшь, ты дочка Филина, и самой же неловко вспоминать будет о том, как страдала из-за него. Даже имени не вспомнишь, поверь мне. Так что, брось ты хандрить.

— Но мне же скучно.

Завьялов усмехнулся.

— Попроси Кирилла, он тебе болонку купит.

Я из тарелки веточку петрушки достала и в Генку её кинула.