Ваня так вас ждал.

Я протянула младшему брату руку.

— Мы с ним так договаривались, что он меня ждать будет.

— Лучше бы вы договорились, что он есть будет, — пожаловалась Ника и сына по волосам потрепала.

Ванька тут же скуксился.

— Иди со Светой, — попросил его Кирилл.

— Не хочу.

— Ваня, иди. Я скоро приду к тебе, — пообещала Ника.

Мальчик с колен отца слез и няню за руку взял.

— Опять новая няня? — спросила я.

— Она хорошая девушка, — сказала Ника. — Студентка, учится на детского психолога, а у нас подрабатывает.

Я усмехнулась.

— Да, деньги всем нужны.

— Кажется, на самом деле нужны. Я слышала, что её родители ипотеку выплачивают, а она им помогает.

— От кого слышала? — заинтересовался Филин. — От Генки, что ли?

У меня, если честно, кусок в горле встал. Кашлянула и бокал с водой схватила. Но ответа на интересный вопрос так и не дождалась, Ника на мужа рукой махнула, тот хмыкнул, и ко мне свой взор вернул.

— Так что там с сыном депутата?

Я руку к груди приложила, стараясь дыхание восстановить.

— Всё с ним в порядке, папа, — чуть сдавленно проговорила я. — Приедет через несколько дней, и познакомитесь. — Протянула отцу свою правую руку, демонстрируя кольцо. — Вот, подарил.

Филин только наклонился, чтобы получше подарок рассмотреть, а Ника меня за руку схватила.

— Ух ты, неплохо.

— Вот и я так думаю, — согласилась я.

— Нет, на самом деле неплохо. Кирилл, это великолепный изумруд.

Филин насмешливо скривился.

— Я с профессионалами не спорю.

Я тоже на кольцо посмотрела, но прежнего восторга уже не ощутила. И сама на себя разозлилась. Опять начинается?

— Ну что ж, посмотрим на твоего жениха. А потом уже подумаем — быть свадьбе или нет."

"Я послушно улыбнулась в ответ на отцовское предостережение, а вскоре из-за стола вышла, пошла в свою комнату, чтобы вещи разобрать. Прошла мимо детской, не удержалась и заглянула. Света сидела у детской кровати и вслух читала Ваньке какую-то историю, мало похожую на сказку. Что-то там было про воробья, который из гнезда вывалился. Я на секунду дольше, чем следовало, взгляд на ней задержала, почувствовала странное неприятие и поспешила уйти. В комнате, у моей кровати на столбиках, стояли два больших чемодана. Сейчас я уже сама удивлялась, зачем столько вещей с собой привезла, словно у меня здесь шкаф пустой. А теперь ведь всё это разобрать надо, развесить… На кровать села и ладонью по атласному покрывалу провела. Потом на подушки упала. Уставилась на потолок в едва заметный цветочек. Такое чувство, что сердце у меня чужое, не моё, предательское какое-то. Умом понимаю, что нужно выкинуть всё из памяти, просто вычеркнуть, и заняться своей жизнью, у меня ведь такие перемены намечаются, а сердцу до этого, словно, никакого дела нет. Оно стучит.