– Блин, все время забываю про магию. Я же и сам мог, – виновато произнес Валялкин.

– Ничего, бывает, – успокоила его Таня, знавшая, насколько ее милый маечник умеет быть рассеянным.

– Вот смотри… – сказал Ванька. – Мне тут ночами не спится: весь день лежишь как бревно и не устаешь. Вот и вчера я лежал и думал про то нападение на Гробыню и про Лизкин сон. Ведь Гробыня – это и была самая первая жертва. Теперь-то ты Лизке веришь?

– Более или менее, – проговорила Таня, но, взглянув на лицо Ваньки, послушно добавила: – Хорошо, верю.

– И тогда я вспомнил про знак на куполе!

– Ага, я знала.

В смысле, что кто-то пробивает купол, – кивнула Таня.

Ванька с обидой посмотрел на нее.

– ЗНАЛА? Почему ты мне не сказала?

– Ну, это была не моя тайна. Я случайно подслушала разговор, который был совсем не для моих ушей, – произнесла Таня.

Ванька укоризненно покачал головой, а потом здоровой рукой развернул тот самый лист."

"– Представь, что лист – это защитный купол. Мы можем сделать его вогнутым, но здесь он плоский. Вот эти точки на листе – места пробоин на куполе.

– Ого, сколько их! А почему ты уверен, что они именно тут? – удивилась Таня.

– Мне показала Ягге. Она заглянула ко мне вчера ночью, когда я лежал со свечой. Вначале ругалась, а потом рассказала про купол. У нее отличная память, но самое забавное, что она сама не поняла, что означают эти пробоины, а я понял…

– А что тут понимать? Кто-то хотел прорваться, – сказала Таня.

– Ничего подобного! – возразил Ванька. – Когда хотят прорваться – делают одну незаметную лазейку, а не долбят весь купол точно сотня перепивших дятлов. Тебе эти точки ничего не напоминают, посмотри внимательнее!

– Еще как напоминают.

Твоя шариковая ручка мажет. Лопухоидная? Мне тоже Пипа вечно мажущие ручки подсовывала! – со знанием дела проговорила Таня.

Ванька легонько стукнул ее гипсом по лбу.

– Ты что, не проснулась? Соедини их мысленно между собой. По тем цифрам, которые возле точек. В такой последовательности они появлялись всю зиму. Ну же! Видишь буквы?

Малютка Гроттер послушно начала соединять буквы. Но так как она думала в основном о Ваньке, как он лежит ночью и не спит, бедный, то буквы у нее не очень-то соединялись. Уже на второй букве Ванька потерял терпение и сунул ей другой лист, который вытащил из-под подушки.

– Ладно, смотри. Я это уже сделал за тебя. Последняя пробоина – это последняя буква. Читай! – велел он.

– «PERUNUS DE…» – прочитала Таня.

– Надпись еще не закончена. Должно быть: «PERUNUS DEUS». Значит, будут появляться новые пробоины, новые жертвы и новые буквы! – сказал Ванька. – Теперь ты понимаешь, кто напал на Гробыню?!

– Перун! – с ужасом сказала Таня.

Сомнений не оставалось. Теперь она поняла, какой могущественный враг был у Тибидохса.